Пекин приказал госбанкам продавать американские гособолигации.
Одним из наиболее ярких символов второго президентского срока Дональда Трампа, кроме, естественно, тарифных войн и усиления геополитической напряженности, является очевидное изменение отношения иностранных инвесторов к американским гособлигациям (трежерис), много лет считавшимся такой же надежной защитой в бурные времена, как, скажем, золото. В январе этого года Deutsche Bank, например, получил гневную отповедь министра финансов США Скотта Бессента за то, что его аналитики посоветовали иностранным инвесторам на фоне непрерывных угроз Белого дома пересмотреть свое отношение к американскому госдолгу и акциям американских компаний.
Едва ли останется незамеченным в Вашингтоне и распоряжение китайских финансовых регуляторов, посоветовавших в начале 2026 года банкам, в первую очередь, государственным пересмотреть политику в отношении трежерис и сократить их объемы в своих портфелях. В качестве объяснения было названо усиление геополитической напряженности и неопределенности. Если вспомнить об энергичных закупках золота китайским центральным банком (РВОС), продолжающихся уже почти полтора года, и о недавнем распоряжении Председателя КНР Си Цзиньпина сделать юань резервной валютой, то складывается стройная картина усиления процесса дедолларизации, т.е. ослабления роли доллара в мировой финансовой системе.
По состоянию на конец 2025 года, в портфелях финансовых организаций КНР было трежерис на 682 млрд долларов, минимальный с 2008 года объем. В Японии, например, сейчас их почти вдвое больше, чем в Китае. Значительно больше трежерис сейчас и в Великобритании – почти 888 млрд долларов. Конечно, у китайских банков американских активов сейчас явно недостаточно для дестабилизации глобального финансового рынка, но очередное подтверждение того, что Китай все меньше хочет зависеть от американской валюты и госдолга, является новым тревожным звонком для Вашингтона.
Отход от американского госдолга ускорился после 2017 года, первого президентского срока Дональда Трампа, во время которого он объявил Пекину первую торговую войну. Сомнения китайского руководства в надежности американских активов в целом и трежерис в частности усилились в 2022 году после замораживания российских активов на Западе. В Пекине окончательно поняли, что громадные объемы американского госдолга являются уже не столько плюсом, сколько минусом, и все больше перестают быть активом, укрепляющим стабильность финансовой системы страны. Эту мысль усилило начало второго президентского срока Трампа и очередная торговая война, которую он фактически объявил Поднебесной.
Bloomberg подчеркивает, что распоряжение активнее избавляться от трежерис распространяется на все банки, кроме Народного банка Китая, т.е. не касается золотовалютных резервов. Однако главная мысль, как говорится, понятна – Китай позиционирует себя сильным и независимым игроком в мире, где влияние доллара медленно, но неуклонно снижается.
Кроме золота, распоряжение Пекина сбрасывать трежерис может пойти на пользу криптовалютам и, в первую очередь, конечно, биткоину, но только не в краткосрочной перспективе, считают эксперты. Аналитики J.P. Morgan уже обращали внимание на то, что усиление дедолларизации Пекином после 2017 года явно не случайно совпало с ростом цены золота и укреплением биткоина. В числе проигравших же сами трежерис, цены на которые вновь пошли вниз, а процентные ставки – вверх. В таких случаях, когда доходность гособлигаций растет, финансовые условия на рынках ужесточаются и делают более привлекательными низкорисковые активы. Усиление дедолларизации имеет и психологический эффект, заставляющий инвесторов уходить в традиционно надежные защитные активы типа наличных денег и золота.
Не может не тревожить Вашингтон и то обстоятельство, что дедолларизацию в части американского госдолга усиливает не только КНР, но и другие члены БРИКС. Бразилия, к примеру, в ноябре 2024 года имела трежерис на 229 млрд долларов, а ровно через год уже 168 млрд долларов. Такая же картина и в Индии: 234 млрд долларов и 186,5 млрд долларов соответственно.