Одним из главных вопросов, вокруг которого скорее всего развернутся горячие споры, будет Ормузский пролив.
Военные сводки конфликта на Ближнем Востоке сейчас отошли на второй план. Главный вопрос, который сейчас все обсуждают – ситуация с переговорами между США и Ираном по мирному урегулированию конфликта. После недавнего сенсационного заявления Дональда Трампа о «конструктивных переговорах» с представителями Ирана прошли несколько дней, но ситуация почти не прояснилась. На данный момент известно лишь то, что контакты между Вашингтоном и Тегераном пусть и не напрямую, но все же действительно есть. Т.е. формально обвинять президента Трампа во лжи нельзя. Он просто, по своему обыкновению, приукрасил то, что происходит между главными сторонами конфликта. Причем, опять же в свойственной ему манере продолжает, похоже, это делать несмотря на категорические возражения иранской стороны о том, что между ИРИ и США сейчас идут какие бы то ни было переговоры по прекращению боевых действий. Американский лидер с очень серьезным видом продолжает очень убедительно повторять при каждом удобном и неудобном случае по несколько раз в день, что конструктивные переговоры между Вашингтоном и Тегераном идут полным ходом и даже называет дату подписания соглашения. Событие, которого ждет вся планета, по словам Трампа, должно произойти в Исламабаде в предстоящие выходные. Среди переговорщиков чаще всего упоминаются имена вице-президента США Джей Ди Вэнса, с американской стороны, и спикера меджлиса (парламента ИРИ) Мохаммада-Багера Галибафа от Тегерана. Тегеран, со своей стороны, с таким же постоянством продолжает опровергать президента Трампа и высокопоставленных американских чиновников, рассуждающих о переговорах.
Вот одно из характерных для Дональда Трампа заявлений о переговорах: «Они (иранцы) очень сильно хотят заключить сделку, но боятся открыто говорить об этом».
Кстати, сами посредники (Пакистан, Египет и Турция), пишет Bloomberg, в частных беседах очень скептично относятся к возможности быстрого подписания мирного соглашения.
Скорее всего, как очень часто бывает с Дональдом Трампом, его громкие заявления о переговорах следует делить даже не надвое, а в данном конкретном случае – на 3 или даже на 4. Т.е. контакты есть, что, кстати, иранцы не опровергают, но до прекращения огня на Ближнем Востоке еще очень и очень далеко. Косвенно, кстати, в целом пессимистичные прогнозы подтверждает и то, что в реальности, а не на словах происходит вокруг конфликта в Персидском заливе: противники с прежним упорством продолжают обмениваться ракетными ударами, а Пентагон стягивает к Заливу морских пехотинцев и десантников, явно готовясь не к подписанию мирного соглашения, а к наземной операции. Большинство экспертов считают, что американцы попытаются захватить остров Харк, через который проходит до 90% всего экспорта иранской нефти.
Если не обращать особого внимания на сенсационные заявления президента Трампа, то на данный момент более-менее достоверно известно, что американцы передали через посредников в Тегеран свои предложения по окончанию боевых действий на Ближнем Востоке, состоящие из 15 пунктов. Иранцы, как и ожидалось, их отвергли в среду, 25 марта, и, в свою очередь, предложили свой план урегулирования, в котором втрое меньше предложений – 5. Не очень ясно, получили ли их в Вашингтоне, потому что информация поступает противоречивая, но без особого риска ошибиться можно утверждать, что американцы иранский план тоже отвергнут. Самым неприемлемым для них являются даже не требования гарантий ненападения со стороны США и Израиля или, скажем, выплаты репараций за нанесенный американо-израильскими бомбардировками и ударами ущерб, а признание Вашингтоном суверенитета Ирана над Ормузским проливом, который в американском плане урегулирования остается зоной свободного судоходства. Тегеран, кстати, уже требует с кораблей за проход по Ормузу плату в размере 2 млн то ли долларов, то ли евро, а иранские законодатели срочно готовят закон, который признает его иранским .
На фронте ситуация остается без изменений. Среди уже ставших привычными почти за 4 недели войны американо-израильских ударов по Тегерану и другим иранским городам выделяется удар по АЭС в Бушере, первой атомной станции, между прочим, не только в Иране, но и на всем Ближнем Востоке. Иранцы продолжили обстреливать Израиль и государства Персидского залива и, в частности сожгли при помощи дронов топливный резервуар в Международном аэропорту Кувейта, а также выпустили ракеты по американскому атомному авианосцу «Авраам Линкольн».
Что будет дальше на Ближнем Востоке, едва ли кто-нибудь знает, но очевидно, что боевые действия продолжатся и что перспектива соглашения о прекращении огня еще даже не просматривается, хотя сам факт начала контактов между противниками, конечно, не может не радовать.
Перспективы прекращения огня еще более затуманивает то, что, кроме США и Ирана, в войне участвует на стороне Америки и Израиль, отношение которого к мирным инициативам Трампа пока неизвестно. К слову, правильнее, пожалуй, говорить, что это США воюют на стороне Израиля, а не наоборот, поскольку, судя по всему, именно израильский премьер Нетаньяху спровоцировал войну и уговорил Трампа присоединиться к атаке на Иран 28 февраля. Поэтому скорее всего отношение Тель-Авива к переговорам будет негативное.
Bloomberg пишет, что премьер Нетаньяху попросил своего близкого друга и в недавнем прошлом министра стратегического планирования Израиля Рона Дермера внимательно следить за переговорами между США и Ираном и сделать все возможное, чтобы на них не забывали и об интересах Израиля.