Создание прецедента юридического поражения Украины в международных судебных инстанциях становится новой важной вехой в превращении территориальных изменений на бывшеукраинских территориях в новую международную нормальность
Гаага поддержала новую российскую нормальность
15 июня Арбитражный суд в Гааге закончил почти 10-летнее рассмотрение «Спора о правах прибрежных государств в Черном море, Азовском море и Керченском проливе». Спора, который начала Украина с целью оспорить статус этих акваторий после потери Крыма.
Само решение, опубликованное на сайте суда, на Украине восприняли как победу. Ведь оно якобы признало правоту части требований киевского режима. Например, суд признал Москву виновной в нарушении международного морского права во время строительства Керченского моста. Мол, Россия не провела нужные в рамках Конвенции исследования по влиянию стройки (а также прокладки кабелей по дну Керченского пролива) на окружающую среду, а также не опубликовала проведенные своими силами исследования.
Россия, надо сказать, официально признала то, что оценка влияния на окружающую среду была проведена «ускоренными темпами». Но они, как говорится в заявлении российского МИД, «были вызваны прежде всего настоятельной гуманитарной необходимостью обеспечить снабжение двухмиллионного населения Крыма жизненно важными ресурсами (электроэнергией, водой, продовольствием, медикаментами) в условиях жестокой тотальной блокады полуострова со стороны Украины». Поэтому если Украину что-то не устраивает в методе оценки, то винить в этом она может только себя.
Кроме того, суд отверг претензии России на то, что он не имеет права рассматривать это дело из-за недостаточной юрисдикции. Не согласился с тем, что Азовское море и Керченский пролив теперь являются внутренними водами РФ (каковыми они стали после присоединения Крыма и Новороссии.
Но важно другое, что Арбитражный суд при этом отверг все остальные требования киевского режима. Например, отверг тезис о том, что Керченский пролив является международными водами, и что Москва своими действиями препятствует судоходству через него. Суд посчитал, что это внутренние воды России и Украины, и что его статус регулируется двусторонними соглашениями между этими странами.
Также судьи не согласились с украинскими обвинениями в том, что Россия, мол, не заботится о объектах подводного культурного наследия (поскольку Киев не смог это доказать), а также что она якобы украла принадлежащие ранее Украине буровые установки.
Наконец, Суд отказал киевскому режиму в требовании принудить Россию к каким-то действиям (будь то выплата компенсаций Украине, возврат контроля над рыбными ресурсами или снос Керченского моста). По мнению суда, ничто из действий России за время рассмотрения дела (включая, получается, присоединение новых территорий) не является «усугублением спора» между двумя странами. Поэтому нынешнее решение, мол, является достаточным.
Неудивительно, что Россия восприняла вердикт как свою победу и заявила о том, что «удовлетворена» итогами разбирательств. И что данное решение арбитража – «чувствительное поражение Украины и Запада в развязанной ими “юридической войне” против России». Пресс-секретарь российского МИД Мария Захарова выразилась более емко и точно: «Нам обещали «Гаагу» - мы её получили».
И этот момент, пожалуй, является самым важным для Москвы. Создание прецедента юридического поражения в международных судебных инстанциях становится новой важной вехой в превращении территориальных изменений на бывшеукраинских территориях в новую международную нормальность.
Да, российские власти на всех возможных уровнях подчеркивают, что позиция иностранных государств и международных инстанций никак не может изменить или уж тем более отменить волю крымчан, а также жителей Донбасса и Новороссии. Что все эти территории и люди вернулись в родную гавань. И действительно, изменить она ничего не может – но на ситуацию в новых регионах России все равно влияет. Без международного признания нового статус-кво не будет ни виз жителям этих территорий в западные страны, ни серьезных иностранных инвестиций в эти территории, ни, в конце концов, снятия антироссийских санкций.
Именно поэтому Россия все эти годы предпринимала ряд шагов (включая, например, организацию визитов западных делегаций в Крым) для подготовки международного признания. Пусть даже пока психологической, а не юридической подготовки. В свою очередь киевский режим, не имеющий перспектив военной победы, сосредоточился на юридической плоскости. Пользуясь поддержкой западного сообщества, он должен был закрепить «оккупационный» статус новых российских территорий и акваторий в международных инстанциях для того, чтобы, опираясь на эти решения, испортить жизнь России даже после окончания СВО.
И тут в Гааге киевский режим потерпел поражение. Арбитраж отказал ему и в компенсациях, и в праве на суверенитет.
Да, это не последний подход Киева к международному праву. Украина будет и дальше воевать на судебных и арбитражных площадках в надежде на политизированные решения (как это было во время Стокгольмского арбитража, когда еще до начала СВО Украине позволили не платить долги России исходя из ее «плохого финансового положения»). Однако решение в Гааге дает надежду на то, что в Европе остались люди, думающие о будущем. Держащие в уме мысль о том, что отношения с Россией рано или поздно придется восстанавливать, в том числе и признавая новые территории.