Когда проводятся подземные ядерные испытания, то происходит та же необычайно яркая вспышка, как и при появлении известных по давним документальным кадрам наземных ядерных «грибов». Только её никто не видит. О том, что произошло, под землей, можно судить лишь по показаниям приборов. Нечто подобное произошло в процессе совершенствования бюджетного законодательства. Недавно был принят закон, включивший в себя законодательные поправки с новыми методами помощи тем регионам, чьи бюджеты испытывают сильные финансовые затруднения. И об одной из этих поправок есть основания полагать, что она реально важная и даже необычная. Но с виду не скажешь. Если не знать про пару сообщений, которые сами по себе юридической силы не имеют. Это информационное сообщение Минфина при внесении поправок в Госдуму. И новость ТАСС при подписании их в качестве закона. Ну а начнем с описания актуальности самой темы.
В июле 17 регионам «простили» задолженность почти на 17 млрд рублей. По данным Минфина, с начала текущего года 68 субъектов получили послабления, освободившись от двух третей задолженности — в общей сложности почти на 280 млрд рублей. А всего к 2030 году планируется списать порядка 1,1 трлн.
Опрошенные «Моноклем» эксперты указывают на достаточно очевидные факты: нагрузка на региональные бюджеты растет, и самостоятельно те с ней не справляются. Впрочем, в таком положении не все, и даже далеко не все.
По данным Счетной палаты, в I квартале 2026 года доходы консолидированных бюджетов регионов выросли всего на 0,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, тогда как расходы – на 4,3%. Дефицит в абсолютном выражении сложился у 56 субъектов, профицит – только у 34. Для сравнения: годом ранее дефицитных регионов было 46.
По итогам пяти месяцев 2026 года, указывает ведущий аналитик по суверенным и региональным рейтингам агентства «Эксперт РА» Ольга Карпулевич, наибольший прирост доходов показали Чувашия (+49,1%) и Магаданская область (+47,9%) – последняя благодаря росту цен на драгметаллы. Хорошие результаты и у других дальневосточных регионов. А вот казна приграничных территорий, по вполне понятным причинам, ушла в пике: доходы Курской области упали на 41,9%, Белгородской – на 16,2%.
Как отмечает заместитель начальника отдела аналитических исследований ИКСИ, к.э.н. Веры Кононовой, отдельные регионы (прежде всего столичные, где сосредоточена экономическая активность) получают значительные профициты. Например, бюджет города Москвы в январе-мае был исполнен с профицитом в 357,2 миллиарда рублей – это больше, чем суммарный дефицит всех субъектов РФ, столкнувшихся с нехваткой финансов (345,9 миллиардов рублей).
«При этом в дефицитном состоянии находится большинство регионов Сибирского, Дальневосточного, Уральского, Южного ФО. Это связано прежде всего с ограничением поступлений от ведущих отраслей экономики на фоне снижения прибыли предприятий, а также укрепления рубля, ограничивающего экспортные поступления», – объясняет Кононова.
Что касается налога на прибыль, то, по данным Счетной палаты, в I квартале 2026 года поступления упали на 11,7% после роста на 6,4% годом ранее – на это обращает внимание доктор экономических наук, директор Центра региональной политики РАНХиГС Владимир Климанов. Подводит и НДФЛ, который до последнего времени шел вверх – за счет, по его словам, гонки зарплат.
«Мы наблюдаем снижение его поступлений как в абсолютном значении, так и в его доле в общей структуре собственных налоговых и неналоговых доходов региональных бюджетов. Также, как и поступления по упрощенной системе налогообложения. Которые, очевидно, сокращаются за счет того, что планка перехода на общую систему налогообложения была снижена до 20 миллионов рублей, начиная с 2026 года», – отмечает Климанов.
И вот регионам приходится обращаться за займами – на 1 июня госдолг субъектов составил 3,447 трлн рублей – на 8,6% выше, чем год назад. Займы – это облигации и банковские кредиты.
Кроме того, как отмечает Ольга Карпулевич, регионы стараются использовать инструменты инфраструктурного меню и обращаться к рыночным заимствованиям в случае крайней необходимости, поскольку наращивание их доли чревато ростом процентной нагрузки и рисков ликвидности в перспективе.
«На текущий момент размещение новых облигаций остается наименее привлекательным вариантом для регионов (об этом свидетельствует также сохранение их доли на уровне порядка 11%) – даже на фоне высокой ключевой ставки банковские кредиты выглядят более гибкими по условиям. Тем не менее, часть регионов вынуждена проводить эмиссию для финансирования дефицита», – ведущий аналитик по суверенным и региональным рейтингам агентства «Эксперт РА».
«Доступ регионов к бюджетным кредитам, предоставлявшимся из федерального бюджета по низким ставкам, теперь ограничен. Все это заставляет часть субъектов РФ снова прибегнуть к банковскому кредитованию, что и приводит как к росту самого госдолга, так и к резкому увеличению расходов на его обслуживание. На 1 июня 2026 года задолженность субъектов РФ по кредитам банков и иных финансовых организаций составила 595,1 млрд руб., что означает рост в 3,6 раза в годовом выражении», – подчеркивает замначальника аналитических исследований ИКСИ, отмечая, что по данным из открытых источников, регионы привлекают краткосрочные кредиты для ликвидации кассовых разрывов по ставкам 17-21% годовых.
«Рост коммерческих кредитов – это следствие дефицита федерального и регионального уровня. Для закрытия текущих потребностей регионы берут денежные средства из тех источников, где привлечение денежных средств можно сделать наиболее быстрым способом. Коммерческий кредит или облигационный займ – это как раз тот самый способ безболезненно закрыть свои обязательства перед населением», – отмечает Михаил Курдюков.
При этом Вера Кононова обращает внимание на то, что в данный момент такая ситуация характерна далеко не для всех регионов – у 60 субъектов РФ, по данным Минфина, нет задолженности по банковским кредитам. Но в случае дальнейшего ухудшения экономической ситуации, по мнению аналитика, потребности в экстренном привлечении финансирования могут возникнуть у более широкого круга субъектов РФ.
Ольга Карпулевич полагает, что это – один из главных и немногих доступных сейчас способов облегчить долговую нагрузку регионов. «В совокупности с переносом срока погашения части задолженности с 2026 на 2030 год данная мера призвана помочь регионам избежать серьезных кассовых разрывов. Прочие инструменты, такие как секвестирование расходов или размещение облигаций, существенно ограничены: урезать те же социальные расходы невозможно без серьезных последствий, а эмиссия выгодна не для всех регионов», – рассуждает эксперт.
Называя списание долгов региональным бюджетам «перекладыванием денег из кармана в карман», Михаил Курдюков, тем не менее, отмечает: на федеральном уровне Минфин РФ выпускает долгосрочные облигации, что минимизирует риски потенциального дефолта.
«Все же региональный бюджет – это прокси на государственный долг. И даже, если региональные бюджеты будут набирать коммерческие кредиты дальше, то риск все равно остается почти аналогичным заемному финансированию государственного долга (ОФЗ). Государство пока не готово допускать дефолт на региональном уровне и, при необходимости, произведет необходимые вливания средств для стабилизации ситуации», – считает Курдюков.
Кроме того, поправки, внесенные в Бюджетный Кодекс, наглядно доказывают, что федеральный центр готов не только к точечным, но и системным мерам. Это не подмена региональных усилий, а страховочная сетка — прозрачная и адресная. Правительство явно держит руку на пульсе и, как показывает практика, не допустит, чтобы сложности в макроэкономике обернулись резонансными проблемами на местах – прежде всего в исполнении социальных обязательств.
В этом контексте особенно своевременно выглядят поправки в Бюджетный кодекс, принятые в конце июня. Это № 195-ФЗ от 26.06.2026.
В самом документе, правда, формулировки достаточно размытые. Но, исходя из тех пояснений по законопроекту, что дал ранее Минфин (и которые мы и сравнивали в начале аж с подземными ядерными испытаниями), известно, что он предусматривает очень-очень низкую ставку по кредиту, предоставляемому из федерального бюджета бюджету региона.
«Законопроект содержит меры, направленные на снижение долговой нагрузки на региональные бюджеты. Так, предлагается провести пилотный проект по изменению процедуры получения бюджетного кредита на пополнение остатка средств на едином счете бюджета, который будет привлекаться регионами для обеспечения текущей ликвидности бюджета. Ожидаемый итог эксперимента – сокращение сроков предоставления кредита регионам и их расходов на обслуживание госдолга, поскольку такой кредит будет предоставляться под 0,1% годовых», – говорилось в сообщении на сайте Минфина от 9 июня 2028 года (под заголовком «Правительство РФ внесло в Госдуму проект поправок в Бюджетный кодекс, направленных на совершенствование бюджетного процесса»).
Сейчас, как отмечалось выше, регионы часто занимают у банков под 17–21%. Новый механизм позволит закрывать кассовые разрывы дешево и быстро, не наращивая дорогую банковскую задолженность (в размере не больше 1/12 регионального бюджета).
В самом же принятом законе, обратим внимание, это положение изложено без уточнения в плане размера кредитной ставки. Но со ссылкой на федеральный закон о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Вот как все это сказано,
«2. Бюджетный кредит на пополнение остатка средств на едином счете бюджета предоставляется субъекту Российской Федерации (муниципальному образованию) в размере, не превышающем одной двенадцатой утвержденного законом (решением) о бюджете на соответствующий финансовый год объема доходов бюджета субъекта Российской Федерации (местного бюджета), с взиманием платы за пользование им по ставке, установленной федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период (выделено нами – “Монокль”), и при условии его возврата не позднее последнего рабочего дня текущего финансового года».
Так что надо следить за законом о бюджете, в этом и следующем годах. А именно – за уточнениями на плановый период, так как бюджет на трехлетку был принят только в прошлом году.
Интересно, что, не будучи отраженной в законе (и, например, пояснительной записке к законопроекту), положение о применении в необходимых случаях предельно низкой ставке кредитования регионов нашло отражение и в новости агентства ТАСС от 26 июня о подписании соответствующего закона президентом.
«Закон содержит меры, направленные на снижение долговой нагрузки на региональные бюджеты», – говорится в сообщении, – (...)Также документом предлагается провести пилотный проект по изменению процедуры получения бюджетного кредита на пополнение остатка средств на едином счете бюджета, который будет привлекаться регионами для обеспечения текущей ликвидности бюджета.
«Ожидаемый итог эксперимента, – продолжает агентство, – сокращение сроков предоставления кредита регионам и их расходов на обслуживание госдолга, поскольку такой кредит будет предоставляться под 0,1% годовых, отметили ранее в Минфине».
Написанному – верить
Следующие поправки также, безусловно, заслуживают внимание,
Регионам перенесут срок погашения трети бюджетных кредитов – с 2026 на 2030 год. Это высвободит деньги на решение приоритетных задач, которые поставил президент.
И правительство получит право для операций с резервным фондом использовать цифровой рубль. Это ускорит расчеты и сделает госрасходы более прозрачными.
В пояснительной записке к законопроекту также отмечалось, что в 2026 году курирующие ведомства получат право «без изменения государственного задания в течение срока его выполнения изменить объем субсидии, предоставленной федеральному бюджетному, автономному учреждению на выполнение государственного задания, в части расходов по оплате труда в связи с изменением подходов к расчету размера их индексации». То есть, если из-за инфляции или других форс-мажоров потребуется проиндексировать зарплату, ведомства смогут оперативно добавить денег без бюрократических проволочек. Это важно.
Главная цель всех поправок, как она обозначена в документах – обеспечить бесперебойное финансирование ключевых направлений: социальных обязательств, обороны, безопасности и технологического суверенитета.
Итак, регионам помогают. Но значит ли это, что они должны сидеть ровно и не делать лишних телодвижений? Или же все-таки – пытаться вытащить себя из болота, на манер Барона Мюнхгаузена?
«Регионы ищут выходы – от экономии на "незащищенных" расходах до повышения региональных и местных налогов, – констатирует Вера Кононова. – Но, с точки зрения развития экономики, это дополнительные сдерживающие меры, которые только усугубляют стагнацию».
Тем не менее, именно в этих двух плоскостях видит решение Владимир Климанов. Во-первых, в поиске инструментов повышения мобилизации доходной части бюджетов, в том числе через обеление экономики. Во-вторых, «в банальном сокращении расходов» – хотя бы по нескольким направлениям.
С расходами, правда, все непросто – невозможно резко провести секвестр при падении доходов. Если же говорить о повышении доходов, то первое, на что попадает взгляд – налоговая составляющая. Тоже, кстати, непростая.
«Налоговая система так настроена, что большая часть налоговых выплат приходится в федеральный бюджет. Много лет идут разговоры о перенастройке системы. Например, НДФЛ будет уходить в региональные бюджеты. Но даже в этом случае бюджеты отдельных регионов будут дефицитными», – рассуждает директор аудиторско-консалтинговой группы «Юникон» Михаил Курдюков.
Тем не менее, бюджеты «отдельных» регионов – гораздо лучше, чем «половина регионов страны».
Если говорить о фискальном факторе, свою роль может сыграть также налог на имущество организаций. Он идет в региональную казну. 4 июля этого года были внесены поправки в ФЗ №135 «Об оценочной деятельности», которые в том числе касаются кадастровой оценки земельных участков, зданий и сооружений, которая будет проводиться каждые два года. Главное новшество: экспертные заключения СРО оценщиков и итоги экспертизы подлежат занесению в федеральную геоинформационную систему, поддерживающую национальную систему пространственных данных. Также данные из отчета об оценке, включая итоговую стоимость, могут применяться в целях государственной кадастровой оценки.
Это, по словам экспертов, прежде всего повлияет на размер базы, от которой рассчитывается налог на имущество. По всей вероятности – в сторону ее увеличения. Правда, новация заработает только с 2028 года. Но что такое полтора года?
Есть, конечно, еще один вариант – воззвать к социальной ответственности бизнеса, работающего в субъектах. Это сделала в апреле этого года спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, предложившая Алексею Мордашову, ставшему лидером списка Forbes, как богатейшему российскому миллиардеру, поддержать родную Вологодскую область. Бизнесмен, правда, отнесся к предложению без энтузиазма, указав, на размер уже имеющихся налоговых отчислений компании в бюджет региона. Тем не менее, вряд ли этим диалогом данная тема исчерпана.