Соглашение между Ираном и Оманом не означает автоматического открытия Ормуза.
Официальный представитель МИД Ирана Эсмаил Багаи заявил 15 августа в интервью иранскому новостному агентству Defa Press, связанному с Министерством обороны Ирана, что иранская и оманская делегации договорились о маршруте следования кораблей в Ормузском проливе. Багаи напомнил, что интенсивные переговоры между Ираном и Оманом, занимающими северный и южный берега Ормузского пролива соответственно, по открытию его для судоходства начались почти три месяца назад после подписания 18 июня меморандума о понимании между Ираном США. Напомним, что в конце июля произошла двухнедельная эскалация обстановки в Персидском заливе, сопровождавшаяся ударами США и Ирана друг по другу. И вот сейчас, в середине августа, Тегеран и Маскат, похоже, договорились об едином маршруте. Ранее иранцы, утверждающие, что они контролируют Ормуз, выдавали разрешения на проход судов по северному маршруту, проходящему через их территориальные воды, и атаковал корабли, которые следовали южным маршрутом, проходящим через территориальные воды Омана. Это давало Вашингтону повод обвинять Тегеран в нарушении соглашения о прекращении огня и наносить удары возмездия по иранской военной и энергетической инфраструктуре.
«Несмотря на противодействие США переговоры за три последние недели достигли ощутимого прогресса,- цитирует Эсмаила Багаи турецкое информагентство Anadolu Agency.- Было достигнуто соглашение о маршруте для судов (в Ормузском проливе)».
В переговорах, по словам Багаи, кроме иранских дипломатов, участвовали представители других министерств и ведомств, включая, конечно, Минобороны ИРИ. Компромисс по маршруту следования через Ормуз – важный шаг на пути подписания полного соглашения, но переговоры продолжаются по другим вопросам, включая совместное заявление Тегерана и Маската.
Эсмаил Багаи подчеркнул, что речь идет о независимом двустороннем соглашении между Ираном и Оманом без участия третьей стороны и что оно будет строиться на их полном и безоговорочном суверенитете. При этом иранский дипломат вновь повторил, что это соглашение не откроет автоматически Ормузский пролив и что возобновление судоходства будет зависеть от прекращения «незаконных», по его словам, действий США, американских военных угроз и морской блокады, т.е. от выполнения Вашингтоном условий июньского меморандума.
О скором окончании переговоров между Ираном и Оманом написал в минувшую субботу и глава иранского МИД Аббас Аракчи. Он подчеркнул, что соглашение по проливу между Тегераном и Маскатом «является отдельным документом, что оно скоро может быть заключено, но что после этого Ормузский пролив автоматически не откроется для судоходства. Оно (открытие Ормуза) будет зависеть от выполнения США взятых ими на себя обязательств».
Главный иранский дипломат также подчеркнул, что «Иран находится в контакте с посредниками из Катара и Пакистана, которые передают послания между Тегераном и Вашингтоном, но иранское руководство еще не приняло окончательное решение по возобновлению (прямых) переговоров с СЩА».
Напомним, что президент Трамп в последние дни много говорил об усилении экономического давления на Иран. Министр финансов США Скотт Бессент анонсировал на этой неделе объявление новых экономических мер, которые приведут Иран к такой экономической изоляции, какую еще не испытывала ни одна страна на планете.
Не очень понятно, какими могут быть объявленные Трампом и Бессентом сильнодействующие меры, которые могут заставить иранцев пойти на уступки. Реальную эффективность им могут придать, считает Bloomberg, лишь возвращение вторичных санкций против покупателей иранской нефти, в первую очередь, Китая. Но Белому дому следует хорошо подумать, прежде чем возвращать вторичные санкции, потому что это, скорее всего, приведет к зеркальным мерам со стороны Пекина и к возобновлению торговой войны между США и КНР. В любом случае окончательное решение в Вашингтоне наверняка будет принято после запланированной встречи между Трампом и китайским лидером Си Цзиньпином в конце сентября.
Что же касается Ирана, то Тегеран, судя по недавним назначениям в силовых структурах ИРИ, ужесточает свою позицию и показывает, что он готов к затяжному конфликту с Америкой.