Московские компании используют множество вариантов расчетов по экспортным сделкам – банковские платежи, цифровые активы, агентские схемы, векселя, бартер и т.д. Каждый бизнес и даже каждый контрагент часто требуют особого подхода.
Невзирая на все проблемы с проведением трансграничных платежей, объем поступлений за экспорт продолжает восстанавливаться. Из данных платежного баланса, которые предоставляет Банк России, следует, что во втором квартале 2026 года Россия получила в виде платежей за экспорт сумму, эквивалентную 125,7 млрд долларов, что на 27,3% больше, чем годом ранее. Последний раз сумма квартальных поступлений больше этой наблюдалась в конце 2022 года.
Москва традиционно занимает ведущее место среди российских регионов в экспорте – на долю столицы приходится 25,4% от несырьевого неэнергетического экспорта России (по данным ФТС за 2025 год) и почти 46% всех экспортируемых услуг (по данным ЦБ за 2025 год).
При этом город оказывает комплексную поддержку компаниям, стремящимся поставлять свои товары и услуги зарубежным партнерам. В столице единым окном такой поддержки выступает Московский экспортный центр (МЭЦ).
В июле 2026 года в своем канале в мессенджере «МАКС» мэр Москвы Сергей Собянин рассказал, что «объём экспорта из столицы с поддержкой Московского экспортного центра в первом полугодии 2026-го достиг уже 14 млрд рублей – это на 10,7% больше, чем за аналогичный период годом ранее. Продукция столичных компаний поступила в 39 стран. Среди них Китай, Саудовская Аравия, ОАЭ, Индия и Грузия. Наибольшим спросом пользуются товары широкого потребления, продукты питания и ИТ-решения».
«В арсенале МЭЦ – больше 30 инструментов для продвижения товаров и услуг. От обучения и юридического сопровождения сделок до предоставления льготных кредитов и грантов экспортирующим компаниям города», – написал Сергей Собянин.
Как отмечала руководитель Департамента предпринимательства и инновационного развития города Москвы Кристина Кострома, столичные компании могут получить консультации по международным расчетам со стороны крупнейших банков-партнеров Московского экспортного центра.
И это очень важно – ведь международные расчеты стали крайне разнообразными: наряду с традиционными банковскими платежами используются новые технологические решения, агентские схемы, а также проверенные временем векселя и бартер. Ситуацию несколько упрощает то, что по данным Банка России, в первом квартале 2026 года доля рублевых платежей за российский экспорт составила 61,9%. Однако нужно учитывать, что эта статистика может не отражать платежи через агентов, крипту, хавалу и некоторые другие инструменты.
Тут как раз стоит напомнить, что экспортеры, работающие с ключевыми торговыми партнерами, могут напрямую проводить платежи в Китай, Индию и другие дружественные страны через крупнейшие российские банки. В частности, у ВТБ есть шанхайское отделение с полноценной лицензией китайского регулятора. Комиссия ВТБ начинается с 2%, однако если у вашего контрагента нет счета в «ВТБ Шанхай», то будет взиматься дополнительная комиссия. Над открытием своих филиалов в Китае также работают Сбер и Альфа-банк. В начале года сообщалось, что Сберу в этом помогает международная аудиторская и консалтинговая сеть KPMG. В Индии уже есть филиалы Сбера и ВТБ, на очереди Альфа-банк.
Взаимодействовать напрямую с недружественными юрисдикциями можно через «дочки» европейских банков: «ЮниКредит», ОТП, Райффайзенбанк и «Интеза». Однако риски у таких операций чрезвычайно высоки, даже если вы формально не под санкциями, да и комиссии по всей цепочке суммарно могут достигать 10–15%.
Малый и средний бизнес чаще работает с платежными агентами (включая переводы через систему А7), криптовалютами или с хавалой для небольших сумм, так как крупные банки часто отказываются работать с малым бизнесом. Напомним, хавала – это древний неформальный механизм трансграничных переводов, основанный на доверии между брокерами (хаваладарами).
Впрочем, подвижки есть и в этом направлении: в первом квартале 2026 года клиенты ВТБ из сектора малого и среднего бизнеса увеличили объем контрактов с Китаем по сравнению с тем же периодом прошлого года на 57%, платежи в КНР выросли на 36%. Сбер же активно развивает индийское направление.
По данным члена Совета по финансовому рынку и инвестициям ТПП РФ и председателя комиссии по финансовой безопасности Тимура Аитова, доля крупных банков в общем объеме платежей за внешнеэкономическую деятельность (ВЭД) – 35–40%, средних и мелких банков – 10–15%.
ЦФА (цифровые финансовые активы) как способ оплаты за ВЭД активно продвигают на государственном уровне, да и Банк России относится к этому варианту довольно благосклонно. Однако их доля до сих пор невелика, невзирая на то, что с марта 2024 года их официально разрешено использовать для платежей по внешнеторговым контрактам. По данным ТПП РФ, доля ЦФА в трансграничных расчетах пока не превышает 3%. В эту же категорию можно отнести и российские стейблкоины, так, например, A7A5 в сентябре 2025 года получил статус ЦФА.
Напомним, при использовании ЦФА для оплаты банковский перевод заменяется переходом прав собственности на ЦФА, и транзакция перестает быть видимой западным регуляторам. «Живую» валюту от иностранного продавца получит эмитент ЦФА. С другой стороны, покупателю и продавцу сначала придется договориться о том, какой цифровой актив устроит обе стороны: зарубежному импортеру должно быть относительно удобно его приобрести, а российскому экспортеру – удобно его продать или интересно получить товар, который лежит в обеспечении ЦФА. Например, отечественный производитель станков двойного назначения может принять в оплату от зарубежного покупателя ЦФА, обеспеченные золотом, а дальше продать их, купить на них импортные комплектующие или получить золото в слитках.
Сейчас ЦФА – самый легальный из альтернативных способов платежей, но со стороны иностранных контрагентов он спросом не пользуется, так как наши компании могут спокойно оперировать лишь теми ЦФА, которые соответствуют внутреннему регулированию. То есть иностранным контрагентам приходится соглашаться на работу в российском правовом поле.
Применяются для трансграничных платежей и криптовалюты. По данным Тимура Аитова, пока их доля меньше 3%, но она постепенно растет. Это главным образом стейблкоины USDT, USDC. Однако криптовалюты уже давно перестали быть серой зоной, где можно спрятаться от санкций. В частности, в апреле компания Tether по требованию OFAC заблокировала на двух кошельках 344 млн долларов в стейблкоинах USDT, в мае были заблокированы еще 450 млн, и это только начало.
Есть в сфере трансграничных платежей и такие реликты прошлого, как векселя и бартер. Преимущество векселя заключается в том, что он позволяет зафиксировать обязательство в стандартизированной форме, разделить момент поставки и момент оплаты, передать требование другому держателю, использовать инструмент для торгового финансирования или учета, а также заранее определить параметры будущего расчета. В наши турбулентные времена такой проверенный временем инструмент снова набирает популярность. Например, система международных расчетов А7 от ПСБ выпустила векселей более чем на 6,1 трлн рублей – об этом заместитель генерального директора по экономике и финансам А7 Ирина Акопян рассказала на конференции «Актуальные вопросы ВЭД: трансграничные платежи в новых условиях».
Как векселя используют в ВЭД? Предположим, иностранный покупатель в качестве оплаты выдал российскому поставщику вексель, поставщик вправе использовать эту ценную бумагу по своему усмотрению, в том числе рассчитаться ею по своим долгам. Компании из разных стран могут по цепочке гасить задолженность друг перед другом одним векселем – без фактической оплаты. Реальный платеж пройдет только единожды – когда эмитент векселя рассчитается с последним владельцем. Причем первый покупатель может даже не оформлять ценную бумагу от своего имени, а использовать вексель банка, выпущенный специально под эту оплату.
В свою очередь бартер особенно востребован в торговле с Ираном, Турцией и африканскими странами. Причем проводятся и довольно сложные клиринговые (компенсационные) сделки с длинными цепочками посредников, когда российский экспортер поставляет товар в страну А, а платеж зачисляется от страны Б через клиринговый счет. Фактически встречные потоки балансируются без кросс-конвертации через подсанкционные валюты. По данным Тимура Аитова, спрос на оба инструмента растет и в ряде отраслей доходит до 3–5%.
Еще одной важной частью новой инфраструктуры международных расчетов стали платежные агенты. Кроме А7 агентские услуги предлагают и некоторые банки, в частности Т-Банк, Точка Банк, «Авангард» и др. По экспертным оценкам, платформа А7 на сегодняшний день удерживает 15–19% платежного рынка, несмотря на санкции США и ЕС (в мае 2026 года Евросоюз ввел отдельное ограничение для платежных агентов, обслуживающих обходные схемы). К началу текущего года совокупный объем транзакций через платформу превысил 100 млрд долларов.
На схеме работы платежных агентов стоит остановиться подробнее, так как на практике она сложнее, чем многие думают. Основа агентской модели – взаимозачет встречных денежных потоков: российский импортер перечисляет рубли агенту внутри страны, одновременно российский экспортер получает рублевую выручку за уже поставленный товар. За пределами России партнер агента использует собственную ликвидность и производит расчет с иностранным поставщиком – и после этого участники системы балансируют взаимные обязательства. В большинстве случаев деньги физически не пересекают границу. Рубли остаются в российской финансовой системе, иностранная валюта – в соответствующей расчетной юрисдикции. Через границу перемещаются права требования и обязательства между участниками расчетной сети.
По сути, агент продает клиенту доступ к собственной сети ликвидности и способность синхронизировать денежные потоки в разных юрисдикциях. Обычно в агентскую сеть входят компании-экспортеры, импортеры, платежные агенты, зарубежные расчетные партнеры, банки, сопровождающие отдельные этапы расчетов, а также логистические и комплаенс-провайдеры. Крупные агентские сети могут объединять десятки и даже сотни компаний в разных юрисдикциях.
Стоит отметить, что для эффективной работы агентских схем требуются относительно сбалансированные потоки экспорта и импорта. Чтобы провести платеж импортера, нужно найти экспортную выручку, совпадающую по валюте, объему, сроку и юрисдикции. Пока совпадение находится, система работает. Однако каждый новый крупный клиент требует больше ликвидности. Каждый новый рынок добавляет новые валюты, сроки расчетов и требования к комплаенсу. В результате агент начинает зависеть уже не только от качества собственного сервиса, но и от способности рынка быстро предоставить необходимый встречный поток.
Как видим, вариантов проведения трансграничных платежей очень много, но часто получается, что для конкретной сделки, конкретного экспортера подойдет только один из них. Фактически участникам ВЭД приходится решать вопрос не поиска метода платежа, а способа минимизировать риски без возможности хеджировать их.
Рассказать, как ситуация обстоит на практике, мы попросили московские компании, которые поставляют свою продукцию на экспорт.
В «Монетном Дворе Универс» (производство шоколадной продукции, в том числе монет и медалей из шоколада) нам сообщили, что работают с крупным неподсанкционным банком с иностранным участием, и проблем у них не было. «КМКИ «Добрынинский»» (производство кондитерских изделий) работает с крупным банком уже давно, и перебоев у них не возникало. В «Лазер-экспорт» (входит в группу компаний «ЛАЗЕР-КОМПАКТ», разработка и производство лазерной продукции, в том числе спектрометра «ЭЛАНИК») при экспорте в другие страны прорабатывают схему платежа под каждый контракт, так как всё постоянно меняется и зависит от страны.
В свою очередь генеральный директор ООО «Еженедельные инвестиции» (оптовая торговля машинами и оборудованием) Сергей Есенин рассказал нам, что в работе с крупным экспортным рынком, то есть с Китаем, есть две схемы взаимодействия. Самая популярная – платежи через банк ВТБ. Китайцы оплачивают с местного счета в этом банке, платёж поступает в Россию, тут проблем никаких. Другой вопрос, что есть определённое количество заказчиков в Поднебесной, которые боятся вторичных санкций. «Чтобы работать с ними, мы создали совместное предприятие с китайскими партнёрами. Эта компания отстаивает интересы российских партнёров на местном рынке и является страховкой от попадания под вторичные санкции. Итоговая схема выглядит следующим образом: китайская компания, то есть реальный заказчик, платит деньги китайско-российскому СП. А совместное предприятие переводит эти средства на счёт в Россию. Так каждый игрок получает защиту от рестрикций Запада. Данная схема отлично сработает в наукоёмких отраслях и в том числе, когда речь идёт об экспорте технологий или поставке комплектующих», – пояснил Сергей Есенин.
Основатель и генеральный директор «Адвилабс Рус» (разработка программного обеспечения) Никита Кочерженко рассказал, что при продаже технологий напрямую они работают только с компаниями из Белоруссии, там все просто. Куда сложнее с другими странами, даже с дружественными. В каждом государстве присутствия компания вынуждена создавать совместное предприятие, и вся выручка оседает в этом юрлице. Она или накапливается, или реинвестируется в маркетинг и новые разработки. Деньги в Россию не поступают. «Важно понимать, что все партнеры, даже из дружественных стран, боятся вторичных санкций США. А уж тем более, когда речь заходит о сфере IT», – предупреждает основатель «Адвилабс Рус».
Есть и те, кому проблема с платежами серьезно сократила долю экспорта. Как нам сообщил генеральный директор «Центра Информационных Технологий «НЕЛИАН»» (производство систем визуальной медицинской диагностики ДИАНЕЛ®) Павел Иванов, в его практике никакие платежи через банки в Россию вообще не проходят, санкции глобального Запада блокируют все и в большинстве стран. «Когда я ищу возможность получить платеж в Россию, все банковские работники удивляются и делают круглые глаза. Для нас, российских экспортёров, почти нет вариантов, кроме ненадёжных, которым не верят наши плательщики. Или таких, по которым получить платёж можно в сумме не более 500 евро и только из стран «третьего мира». Причем зачисленные платежи приходят как бы от российского банка, и не получается показать, что они по результатам экспорта». Активно рекламируемые сервисы вроде А7 до мая 2026 г. работали только на крупный бизнес от 100 000 долларов. Для наших условий это не приемлемо, продолжает Павел Иванов. Недавно компания нашла сервис одного из крупных банков: банк подбирает агента в странах третьего мира, строгое согласование каждого платежа, подбор агента в зависимости от страны плательщика. Комиссия низкая. Предварительные договоры заключены. Но банк-плательщик из Греции отказался платить агенту в Индонезии, посчитав операцию сомнительной. Да и далеко не все платежеспособные клиенты из Европы готовы в эту «авантюру» впутываться, а если и готовы, то их банки блокируют уже совершённые платежи в целях безопасности и борьбы с отмыванием доходов. «Ранее у нас было 70% экспорта. Сейчас около 5%, теперь мы стали активнее работать с внутренним рынком. Запросы от клиентов из-за границы мы получаем каждый день, но сложно довести запрос до сделки из-за всех этих сложностей», – заключает Павел Иванов.
Стоит отметить, что эти проблемы и варианты их обхода не являются чем-то уникальным для московских компаний. Компании из других регионов пользуются примерно такими же схемами. Например, по словам коммерческого директора ГК «Темонтен» (Московская область, производство герметиков и лакокрасочных материалов) Андрея Сухорукова, по экспортным платежам они работают со Сбером и Альфа-банком, другие платежные системы не используют. Отгрузки продукции осуществляют раз в месяц, пока перебоев с платежами не было. Директор же «Эпикарвош» (Казань, разработка и производство автоматических роботов-автомоек, в том числе «под ключ») Анатолий Косолапов рассказал, что в прошлом году у них были поставки в Израиль, полностью экспортный контракт. Платеж им отправили от физлица через Альфа-банк. Он платил за Magicat System как иностранный гражданин в России через российский банк.