Конфликт между США и Ираном и спровоцированные им многочисленные проблемы привели к росту популярности и цены российской нефти на фоне роста цен на нефть в целом.
На прошлой неделе на нефтяных рынках произошло крайне редкое событие: цена барреля российской нефти марки Urals в моменте поднималась до 121 доллара, т.е. стоила на пике почти на 8 долларов дороже эталонной североморской марки Brent. Последний раз такая ситуация возникла почти пять лет назад, в январе 2022 года. Тогда ее, кстати, так же, как сейчас, спровоцировали перебои с поставками нефти из Персидского залива и высокого спроса на нее в Европе, и «бочка» главной марки российской нефти несколько дней стоила больше 90 долларов. А до этого она стоила так дорого в октябре 2014 года.
Еще раз в последние годы Urals котировался выше Brent в мае-июне 2020 года (премия тогда достигала рекордных 2,35 долларов за баррель). Так произошло в разгар ценовых войн на нефтяных рынках, когда нефтедобывающие страны, подписавшие соглашение ОПЕК+, в которое входят и Россия с Саудовской Аравией, резко сократили добычу «черного золота». Это привело к тому, что европейские нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ), работающие в основном с легкой малосернистой нефтью (марка Brent), столкнулись с ее серьезным дефицитом. Трудности перенастройки оборудования с одной марки нефти на другую и, что самое главное, финансовая выгода могут заставлять нефтепереработчиков немного переплачивать за другую марку нефти, в нашем случае за Urals.
Российская марка нефти Urals получается путем смешения тяжелой и высокосернистой нефти поволжских месторождений с легкой нефтью Западной Сибири. «Чистая» сибирская нефть идет на экспорт под маркой Siberian Light.
Brent — это легкая нефть из одноименного месторождения между Норвегией и Шетландскими островами. Сейчас под этой маркой понимают жидкие углеводороды из нескольких североморских месторождений.
В сентябре 2026 года после довольно продолжительного затишья резко обострилась обстановка как в Персидском заливе, так и в Красном море. Нефть обеих марок в начале месяца плавно пошла вверх на ожиданиях дефицита предложения. Пик котировок пришелся на 16-18 сентября, после чего произошла некоторая коррекция, не смогшая однако опустить цену ниже 100 долларов за баррель. Цену приопустили новости о возможности частичного возобновления в ближайшие дни работы нефтепровода «Восток-Запад» (Petroline в Саудовской Аравии), о частичном восстановлении поставок саудовской нефти через Ормузский пролив и, как это регулярно происходит все 6 месяцев войны между США и Ираном - надежды на дипломатическое урегулирование конфликта.
В этот раз Urals обошел Brent в четверг 17 сентября после обеда. Правда, ненадолго. В районе половины шестого вечера марки поменялись местами: наша нефть пошла вниз, а Brent - вверх и, кстати, быстро добралась до 124 долларов.
Кроме уже упоминавшихся выше главных причин, рывок Urals объясняется также нехваткой танкеров (часть кораблей попросту застряла в Персидском заливе ввиду блокады Ормуза, часть вместо того, чтобы везти нефть на другие континенты, плавает между саудовскими и оманскими портами) и резким скачком в стоимости фрахта.
Кстати, если конкретизировать геополитические причины, то нашей нефти, если можно, так сказать, помогли йеменские хуситы и иракские союзники Ирана, атаковавшие нефтяную инфраструктуру Саудовской Аравии: первые взяли под частичный контроль Баб-эль-Мандебский пролив и атакуют саудовские танкеры ракетами и дронами, а вторые вывели из строя саудовский нефтепровод «Восток-Запад», по которому саудовская нефть шла через весь полуостров в красноморский порт Янбу, откуда ее везли в Европу через Суэцкий канал.
Стечение всех этих обстоятельств привело к тому, что азиатские покупатели начали переплачивать за физические партии нефти. Здесь, кстати, сыграло свою роль еще одно отличие между марками Urals и Brent, в этот раз не физическое: в то время, как биржевой Brent отражает бумажный рынок и общую тенденцию, цена Urals зависит от наличия свободных объемов здесь и сейчас.
Еще одна причина популярности и высокой цены нефти Urals в последние дни тоже напрямую связана с геополитикой, конфликтом между США и Ираном и фактическим закрытием Ормузского и Баб-эль-Мандебского проливов. Дело в том, что по составу и свойствам российская нефть похожа на нефть с Ближнего Востока. Т.е. в случае, как сейчас, дефицита ближневосточной нефти спрос на ее аналоги (Urals) растет.
Конечно, рывок цены Urals – хорошая новость для российского бюджета. Достаточно сказать, что в новый бюджет РФ, по словам вице-премьера Александра Новака, заложена цена отсечения нефти в бюджетном правиле на уровне 50 долларов за баррель Urals (прежний уровень - 59 долларов). Когда нефть стоит дороже, а в этом году она стабильно стоит дороже, причем существенно, начиная с марта, то дополнительные нефтегазовые доходы направляются на приобретение валюты и золота для Фона национального благосостояния (ФНБ).
Конечно, 50 долларов за баррель - это довольная низкая цена с учетом ситуации на нефтяном рынке в этом году, но, как подчеркнул президент Путин на совещании по вопросам формирования федерального бюджета на прошлой неделе : «Сверхконсервативно, зато надежно».