О будущем Сирии, судьбе Ирана, мотивации аравийских монархий и о роли России в ближневосточной политике рассуждает востоковед Владимир Исаев
События в Сирии в очередной раз меняют расклад игры на всем Ближнем Востоке. Регион продолжают сотрясать военные кампании, интриги и подковерные игры, над ним витает страшная тень большой войны. В хитросплетениях сложных межконфессиональных и межнациональных отношений между евреями, турками, арабами и персами находятся — и всегда находились — интересы России.
О кризисах 2024 года и ближайших ближневосточных прогнозах «Монокль» поговорил с профессором Института стран Азии и Африки МГУ им. М. В. Ломоносова востоковедом Владимиром Исаевым.
— Владимир Александрович, начнем с Сирии. Что в этой стране представляет для нас особый интерес: военные базы, нефть, влияние?
— С политической точки зрения наше присутствие на Ближнем Востоке было традиционным еще начиная с царской империи и не заканчивая, уверяю вас, Советским Союзом, хотя в девяностые годы мы начали уходить из ряда арабских стран. Сирия всегда была достаточно близким нашим союзником, поддерживала все наши инициативы по Ближнему Востоку, а мы — их.
Нефть нас вообще там не интересовала, хотя в свое время наши геологи некоторые месторождения там открыли, но разрабатывали их французы, англичане и американцы. Мы принимали в этом незначительное участие.
Оформите подписку или войдите в аккаунт, чтобы дочитать статью до конца.
Читать полностью на сайте