Турция: есть ли жизнь после Эрдогана?

Специфика управленческой системы «эпохи Эрдогана», отстроенной им в XXI веке, заключается в персонификации власти и кристаллизации личного фактора в политике. После упразднения должности премьер-министра в 2018 году турецкий президент получил «контрольный пакет» полномочий, позволяющий ему не только назначать министров и высокопоставленных чиновников без одобрения парламента, контролировать и координировать фактически все сферы государственной деятельности, утверждать стратегические векторы их развития, но и самостоятельно определять направления национальной политики и полностью формировать повестку.

Неслучайно многие новые измерения во внешних контактах Анкары принято отождествлять именно с Эрдоганом. Внешнеполитическая концепция «Века Турции», провозглашенная в конце 2022 года в преддверии празднования столетия со дня основания республики, открыто продвигается на интернет-платформах государственных учреждений и в речах политиков как «проект Эрдогана». Десятки миллионов его сторонников уважительно именуют турецкого президента «раисом», то есть «главой» или «верховным», а сотни его восторженных последователей, в частности в Африке и на Балканах, в благодарность за оказываемую гуманитарную помощь и внимание к проблемам и нуждам своих регионов называют в его честь детей. Все это хрестоматийный пример того, что Макс Вебер называл харизматическим лидерством.