В 88 лет Дэвид Хокни остается редким примером художника, который не только прошел через все стилистические повороты второй половины XX века, но и сумел остаться актуальным в веке XXI. К тому же он самый дорогой из ныне живущих живописцев
Фигуративными портретами, натюрмортами и пейзажами сельской местности, тем более созданными на экране айпада, сегодня вряд ли можно кого-то поразить. Казалось бы, подобные сюжеты — давно привычная часть музейных залов, частных коллекций и лент социальных сетей. Но Дэвид Хокни каким-то образом вновь и вновь опровергает этот скепсис. Он умудряется придавать классическим жанрам свежесть и убедительность, заставляя зрителя задерживаться перед его работами дольше, чем перед многими признанными шедеврами.
При этом он остается одним из самых узнаваемых и востребованных художников современности: его полотна устанавливают рекорды на аукционах, а выставки следуют одна за другой, заполняя залы ведущих музеев мира — от Лондона и Парижа до Лос-Анджелеса и Токио. В чем же секрет этого феномена? Действительно ли Хокни можно считать одним из величайших художников нашего времени или его популярность — удачное совпадение таланта, харизмы и умения работать с медиа? И наконец, каким образом изображение бассейнов превратилось в символ художественного успеха, понятный как критикам, так и самой широкой публике?
До конца этого лета в парижском Фонде Луи Вюиттона проходит масштабная ретроспектива, посвященная 25 последним годам творчества Дэвида Хокни. Несмотря на то что здание фонда скрыто в глубине Булонского леса, вдали от привычных туристических маршрутов и суеты центра Парижа, попасть туда — испытание. Очереди у входа и плотные ряды зрителей в залах ничуть не уступают тем, что ежедневно собираются у «Джоконды» в Лувре.
Оформите подписку или войдите в аккаунт, чтобы дочитать статью до конца.
Читать полностью на сайте