На этой неделе состоится второй аукцион по продаже принадлежащего с прошлого года Росимуществу аэропортового комплекса Домодедово (в него входят терминал, топливно-заправочная станция, склады и проч.).
Первый аукцион по его продаже 22 января за 132,266 млрд рублей не состоялся, поскольку не было желающих купить этот актив. Формально один претендент был: некий индивидуальный предприниматель из Чечни Евгений Богатый, занимающийся консультационными услугами и делающий беспилотники; на этом его связь с авиацией заканчивается. Его заявку отклонили по причине неполного сбора документов. Теперь аукцион состоится 29 января по голландскому принципу: торги будут идти на понижение цены.
Речь идет о 100-процентной доле ООО «ДМЕ Холдинг» и еще более 20 юрлиц. До июля 2025 года они принадлежали бизнесмену Дмитрию Каменщику, но по решению арбитражного суда были переданы Росимуществу на том основании, что владелец является гражданином других государств: Турции и Израиля. Собственник тщетно пытался оспорить такое решение. Это стало крупнейшим фактом деприватизации бизнеса, которую Генпрокуратура РФ проводит с 2023 года (в число национализированных компаний попали «Макфа», «Русагро», «Агротерра», «Рольф» и проч.). «По факту Каменщика уличили в выводе активов из “Домодедово”, хотя ему такое обвинение не предъявляли. И никто не ждал, что он попытается выкупить данный актив, как это было в случае с “Макфой” или “Рольфом”, потому что он из него выжал все, что можно», — говорит генеральный директор портала «Авиапорт» Роман Гусаров.
В самом деле, показатели у этой группы компаний плачевные: 75 млрд рублей долга перед банками, выручка, по словам директора Домодедово Андрея Иванова, снижается: с 34 млрд рублей в 2023 году до 31 млрд в 2024-м и до 30 млрд в 2025-м. Чистый убыток группы в 2024 году составил 7,2 млрд рублей.
Роман Гусаров отмечает, что плохие времена начались у Домодедово еще в 2010 году, после теракта, в ходе которого иностранец подорвал себя в терминале аэропорта, унеся жизни 37 человек. Годом позднее Следственный комитет РФ дело прекратил, не найдя виновных. Но уже в 2015-м против Каменщика возбудили уголовное дело по статье об оказании услуг ненадлежащего качества: якобы он упростил работу датчиков досмотрового оборудования, что дало террористу возможность пронести взрывчатку. «Тогда и была первая попытка забрать у него этот актив, — утверждает председатель президиума коллегии адвокатов “Трунов, Айвар и партнеры” Игорь Трунов. — Я сопровождал это дело и знаю, что отъем имущества был основным рычагом воздействия на Дмитрия, для того чтобы тот признал вину. Но он вину не признал, а такого механизма, как деприватизация, тогда не было, и от него на время отстали. Когда появился механизм — забрали».
Понимая, что аэропорт все равно рано или поздно заберут, Каменщик и стал выводить какие-то доходы из России. В итоге все это плачевно сказалось на экономике аэропорта. «А ведь до 2010 года у Каменщика были планы построить аэропорт-город: с торговыми центрами, кинотеатрами и галереями, аквапарками, фудкортами, ресторанами и спорткомплексом, чтобы от увеличения доходов с терминала снижать тариф для авиакомпаний и авиасборы, — говорит Роман Гусаров. — Потому он и начал строить новый терминал: чтобы конкурировать с Шереметьево, который тоже тогда начал расширяться». Но все вышло наоборот: авиасборы у Домодедово были рекордно высокими, авиакомпании переходили в другие аэропорты. Последний демарш в прошлом году совершил S7, после чего некогда крупнейший по пассажиропотоку аэропорт оказался на четвертом месте по объему перевозок.
И достанется он, скорее всего, кому-то из конкурентов. После отмены торгов 22 января совладельцы Шереметьево (среди них известный предприниматель Аркадий Ротенберг) обозначили свой интерес: пресс-служба аэропорта со ссылкой на гендиректора Михаила Василенко заявила, что АО «Международный аэропорт Шереметьево» готово принять участие во втором этапе торгов, если будет объявлен аукцион на понижение. Такое решение принято, несмотря на то что «проект крайне сложный и требует значительных инвестиций».
«Думаю, что покупатель предопределен: это будет Шереметьево, — уверен Игорь Трунов. — А предприниматель из Чечни нужен был для, так сказать, игры на публику: мол, видите, цена настолько высокая, что никто не купил, поэтому нужен аукцион на понижение, а не на повышение. Государство даже близко не может передать стратегический актив в руки некомпетентного лица, не имевшего дела с авиацией. Так что первый раунд — это постановка для обоснования снижения цены. Насколько — посмотрим».