Мировой экономический кризис уже начался. И неважно, когда закончится перекрытие Ормузского пролива — сегодня или через месяцы.
Это лишь определит глубину кризиса и то, перерастет ли он в острый финансовый, сопровождаемый большим гуманитарным потрясением.
Заложником американской авантюры на Ближнем Востоке стала мировая химическая промышленность. Оказалось, что мир «большой нефти» более или менее готов к блокаде поставок из Персидского залива — в странах-импортерах были созданы огромные стратегические резервы. Но мировая экономика была совершенно не готова к блокаде поставок сжиженного газа, аммиака, карбамида, фосфатных удобрений, СУГов и нафты. А именно эти полуфабрикаты, с одной стороны, стали новой визитной карточкой стран Ближнего Востока, а с другой — плотно вошли в обиход азиатских экономик. Поставки продукции средних переделов из Персидского залива достигли критических величин. Например, это каждая четвертая тонна азотных удобрений и каждая пятая — фосфатных.
И никто не думал создавать стратегических резервов пропан-бутана или удобрений. Зачем замораживать миллиарды долларов в товарных остатках? Тем более при наличии системы just-in-time (точно в срок), родом из Японии — системы, позволяющей экономить на производстве. Теперь за эту экономию приходится много платить. Та же Япония получала до 70% импортируемой нафты из Персидского залива, а Южная Корея — около 60%. Нафты в Японии на момент подготовки этого номера оставалось на две недели, в Южной Корее — на одну. Итог предсказать несложно: нефтехимические предприятия в этих странах начали сокращать производство. Загрузка мощностей опустилась до 60% с обычных 80–90%. Следующими начнут тонуть покупатели пластмасс, то есть производители упаковки, автомобилей, бытовой техники.
Оформите подписку или войдите в аккаунт, чтобы дочитать статью до конца.
Читать полностью на сайте