Запрет параллельного импорта большого перечня компьютерной техники в Россию — неоднозначное решение регулятора. Оно направлено на защиту отечественных производителей, но локализация выпуска ключевых компонентов у них еще находится на низком уровне
Полки магазинов электроники скоро поредеют: с 27 мая вступает в силу приказ Минпромторга об исключении из перечня разрешенных для параллельного импорта товаров широкого списка настольных ПК, ноутбуков, серверов, рабочих станций, а также ряда комплектующих, в том числе процессоров, чипов памяти, твердотельных накопителей (SSD). Под запрет попала техника определенных производителей из недружественных стран: американских Hewlett Packard, Cisco, IBM, Intel, SanDisk, корейских Samsung, Hynix, тайваньских Acer, Asus, Transcend, ADATA, японских Hitachi, Fujitsu, Toshiba и др. Участники рынка убеждены, что новые правила окажут очень сильное влияние на российский рынок.
«Состояние тяжелое, но стабильное» — так аналитики характеризуют текущее состояние рынка персональных компьютеров в стране. После взлета в период ковидных ограничений он демонстрирует отрицательную динамику. По данным аналитической компании ITResearch, в 2025 году продажи ПК в России в денежном выражении составили чуть более 5 млрд долларов, в штучном — 6,7 млн единиц (на 2,6% меньше, чем в 2024-м).
Лидировавший прежде сегмент ноутбуков в прошлом году также просел на 4%, до 3,36 млн единиц, а сейчас реализация опустилась до уровня 2017 года. Напомним, что в 2020–2021 годах, во время пандемии, спрос на ноутбуки взлетел до 4,5 млн штук. В 2022-м произошел отскок до 3,1 млн, с тех пор рынок постепенно карабкался вверх. Однако в 2025-м, впервые за последние три года, растущий тренд сменился падением (см. график 1). Еще более тревожно выглядит ситуация в текущем году: по предварительным оценкам, продажи ноутбуков в первом квартале упали на 16%, а к декабрю, скорее всего, окажутся в отрицательной зоне.
Сжатие спроса обусловлено главным образом ростом цен: за последний год техника подорожала как минимум на 10%. Себестоимость производства электроники в мире повышается, а увеличивающийся объем вычислений, связанный с развитием ИИ, приводит к дефициту чипов. Второй фактор — дорогие кредиты (технику часто покупают в кредит), а в корпоративном сегменте — снижение операционных затрат вследствие ухудшения экономической эффективности бизнеса.
Более стабильная ситуация наблюдается на рынке настольных компьютеров — десктопов и моноблоков. По данным ITResearch, в 2025 году в России было реализовано 3,34 млн ПК, что примерно равно уровню 2024-го, но существенно ниже, чем в 2020–2021 годах (см. график 2). По итогам текущего года продажи настольных персональных компьютеров в лучшем случае останутся на том же уровне.
А вот сегмент серверов и систем хранения данных (СХД), ориентированный на корпоративные сделки, напротив, демонстрирует подъем: по оценкам российской компании Yadro (входит в ИКС Холдинг), продажи здесь взлетели более чем на 80% в денежном выражении — с 155 млрд рублей в 2024 году до 280 млрд в 2025-м. С одной стороны, столь внушительное увеличение оборотов объясняется повышением цен на комплектующие для серверов. Но с другой — у отечественных компаний, как и во всем мире, продолжают стремительно расти объемы цифровых данных, которые необходимо где-то хранить и обрабатывать. Не обошел нашу страну и глобальный тренд взлета спроса на вычисления, связанные с ИИ-системами, что также подталкивает вверх продажи серверного оборудования.
При этом позиции отечественных производителей в сегменте ноутбуков очень скромные. По подсчетам Fplus, в 2025 году доля российской техники на внутреннем рынке составила порядка 5,5%. Лидировали же ведущие мировые бренды: по информации ITResearch, пятерка лидеров (тайваньские Asus и Acer и китайские Huawei, Honor и Lenovo) в 2025 году обеспечила 45% всех продаж ноутбуков в стране.
Зато в сегменте настольных ПК доминируют российские предприятия. Правда, выпускаемая ими под собственными брендами электроника собрана преимущественно из иностранных комплектующих. По подсчетам ITResearch, более половины рынка десктопов сейчас принадлежит компаниям Dexp, iRu, Kraftway, ICL, Graviton и Norbel.
Что касается серверов, то еще в 2024 году не только независимые компании, но и корпорации с госучастием активно покупали китайские и американские серверы Dell, Hewlett-Packard, Lenovo. В отношении систем хранения данных спросом пользовалась продукция американских Dell, IBM, Hewlett-Packard и японской Fujitsu. Однако в прошлом году ситуация изменилась. Китайская техника в целом сохранила свои позиции, но закупки серверов IBM и Dell, по оценкам аналитической компании «Тендерплан», сократились вдвое. Одновременно выросли продажи отечественной электроники от компаний Depo, «Аэродиск», «Аквариус», Yadro. В частности, продажи серверов Depo, по подсчетам «Тендерплана», в 2025 году увеличились более чем в два раза, «Аквариуса» — в полтора раза.
Параллельный импорт в России легализовали в апреле 2022 года — в ответ на санкции. Соответствующее постановление правительства включало тогда порядка 50 групп товаров 200 брендов, в том числе автомобили, бытовую технику, одежду и обувь, специфичное промышленное оборудование, компьютерную технику.
Раньше электроника поставлялась по отработанной схеме: производитель (например, IBM или Cisco) через дистрибьютора отправлял товар дилеру, который уже на месте продавал его заказчику. При этом производитель контролировал каналы сбыта и цены, следил за соблюдением лицензионных соглашений и обеспечивал гарантийное обслуживание. «Параллельный импорт — это альтернатива авторизованному импорту. До 2022 года законодательство защищало право зарубежного вендора управлять каналами поставок своей продукции на наш рынок, поэтому российские дистрибьюторы подчинялись стратегии продаж экспортера, которая состояла в консолидации каналов поставок», — объясняет Иван Покровский, исполнительный директор Ассоциации разработчиков и производителей электроники (АРПЭ).
После того как производители из недружественных стран официально ушли из России и правительство легализовало параллельный импорт, цепочки начали контролировать независимые импортеры. Это не значит, что операции переместились в серую зону. Импортер также действует по определенной схеме: находит оригинальный товар в третьей стране (например, в ОАЭ), ввозит его в РФ, уплачивает на границе пошлины, прикладывая среди прочих документов правительственное постановление о разрешении ввоза оригинальной продукции без согласия правообладателя.
«Отечественные производители компьютерного оборудования не могут в полной мере удовлетворить потребности клиентов, скорее всего, параллельный импорт станет серым»
Теперь же легально приобрести электронику многих брендов будет невозможно. «Минпромторг исключил ноутбуки и технику Samsung, Asus, Acer, HP, Intel, IBM, Toshiba и других из списка параллельного импорта. Это значит, что ввозить их без официального представителя в России больше нельзя — а у большинства этих компаний таких представителей сейчас нет», — комментирует Денис Полозов, независимый специалист по сборке и настройке компьютеров.
Участники рынка опасаются, что после вступления в силу новых ограничений техника начнет стремительно дорожать. Прежде импортеры благодаря налаженной логистике могли предлагать компьютерную продукцию с относительно невысокими наценками. Но сейчас многие поставщики, вероятно, уйдут в серую зону, пытаясь ввозить товары по нелегальным каналам. В выигрыше останутся лишь китайские производители, имеющие официальные представительства в России.
«Ноутбуки и комплектующие не исчезнут сразу: складских запасов хватит на несколько месяцев. Я думаю, из-за уменьшения предложения цены уже летом вырастут на 5–15 процентов. Купить западные бренды станет сложнее, рынок сместится в пользу китайских (Huawei, Honor, Tecno) и российских марок. Так что, если планируете покупать ноутбук или собирать ПК, сделайте это сейчас, пока цены не выросли и есть выбор. К концу года фирм останется меньше, а вся электроника с высокой долей вероятности подорожает на 10–20 процентов», — говорит Денис Полозов.
«Отечественные производители компьютерного оборудования не могут в полной мере удовлетворить потребности клиентов. Скорее всего, параллельный импорт станет серым. Это приведет к усложнению логистических цепочек и, как следствие, к повышению цен и увеличению сроков поставок», — соглашается Алексей Изосимов, технический директор компании «Т1 Интеграция» (входит в ИТ-холдинг Т1).
Минпромторг объясняет свое решение сузить перечень разрешенной к ввозу электроники стремлением поддержать отечественных производителей. «Аналогичные товарные позиции, исключаемые из перечня параллельного импорта, представлены российскими производителями в объеме, достаточном для замещения товаров из недружественных стран», — публично заявили представители ведомства.
По оценкам CNews, в России сейчас насчитывается более 20 предприятий по изготовлению электроники, среди них заводы iRu, Yadro, Depo, ИВК в Московской области, «Аквариус» в Твери и Ивановской области, ICL в Казани, «Тринити» в Екатеринбурге, «Бештау» в Ростове-на-Дону, «Рикор Электроникс» в Арзамасе. По подсчетам Росстата, объем выпуска компьютеров и комплектующих в денежном выражении в 2025 году достиг 229 млрд рублей — на 11,7% больше, чем в 2024-м.
Однако производителями компьютерной техники российские компании можно назвать лишь условно: ключевые компоненты, такие как процессоры, оперативная память, накопители данных, видеокарты, в стране практически не производятся. По сути, наши предприятия лишь корпусируют импортируемые элементы и наклеивают на них свой лейбл.
В стране есть программа развития отечественной электроники и микроэлектроники до 2030 года, но до мировых аналогов нам пока далеко. Например, объявлено, что в рамках этой программы завод «Микрон» в 2028 году начнет серийный выпуск микросхем по топологии 65 нанометров. В настоящее время компания работает по технологии 180–90 нанометров, которая позволяет делать чипы для транспортных карт, оборудование для интернета вещей и отдельную номенклатуру процессоров общего назначения. Ведущие же мировые производители полупроводников, например TSMC, освоили топологию два нанометра и ниже, а на топологии 65 нанометров выпускали продукцию в середине 2000-х годов. «В России необходимо ускорить локализацию критических компонентов, включая чипы, память и другие элементы электронной компонентной базы, — уверен Алексей Изосимов. — При этом нехватка квалифицированных специалистов — один из ключевых барьеров развития отрасли».
Наблюдатели теряются в догадках, пытаясь понять мотивацию регулятора в вопросе ограничения параллельного импорта. Возможно, ведомству нужно отчитаться о защите отечественных компаний, хотя уровень локализации у них до сих пор невысок. Некоторые эксперты считают, что решение пролоббировано рядом российских сборщиков компьютеров, которые теперь начнут ввозить технику запрещенных марок разобранной на ключевые элементы. «Когда бренд исключают из перечня параллельного импорта, возвращается защита прав зарубежного производителя. Без согласия владельца торговой марки продукция не может пересечь границу. Такое решение может означать, что кто-то договорился о поставках продукции перечисленных компаний под своей российской маркой и хочет исключить конкуренцию с другими поставщиками, параллельными каналами, то есть консолидировать поставки», — предполагает Иван Покровский.
Вариант, что сами зарубежные бренды из недружественных стран готовятся вернуться на наш рынок и пытаются восстановить свои права, менее вероятен. «Скорее это сделает один из их российских партнеров, — добавляет представитель АРПЭ. — К развитию отечественного производства такие решение не ведут, идет только перераспределение каналов импорта. В целом консолидация поставок — если не допускать монополизации — позволит повысить эффективность, но при этом снижается устойчивость к внешним факторам, таким как санкционные ограничения. Было бы лучше, если бы консолидация возникла в результате конкуренции, когда выигрывают более эффективные и надежные поставщики, а не была результатом точечных решений по регулированию торговли».
Впрочем, некоторые эксперты считают, что постепенная отмена параллельного импорта — шаг в сторону цивилизованного рынка. «Целью нового частичного запрета является в том числе защита прав потребителей, — указывает Александр Кукин, генеральный директор представительства в России китайской компании Pantum (принтеры и расходные материалы для печати). — Ответственность за гарантийное обслуживание по закону несет импортер. Но если небольшая компания привозит партию техники, продает ее через маркетплейсы и затем прекращает свою деятельность, покупатель остается без гарантии и возможности предъявить претензии кому бы то ни было. Количество таких случаев увеличивается, что снижает доверие к рынку в целом. Решением проблемы может стать постепенный отказ от параллельного импорта, и в правительстве обсуждается этот вопрос. По большому счету регулятор требует наладить официальную работу брендов. Иностранным компаниям предлагается либо покинуть наш рынок полностью, убрав все свои товары с полок, либо вернуться в Россию, открыв представительство или назначив официальных дистрибьюторов».