Почему нам так нравится, когда за нас все делают другие? Доставляют еду и покупки, развлекают, учат — от одного только перечисления кажется, что современные потребители впадают в детство.
Да, отчасти это результат «экономики впечатлений», обеспеченности основными материальными товарами (или невозможности их купить — см. цены на автомобили и квартиры в соотношении с доходами). Когда покупать вещи больше не хочется, потребление смещается в нематериальную сферу — досуг, путешествия, тот же общепит.
Опрошенные «Моноклем» экономисты указывают и на нашу специфику: безработица скребет дно, трудоспособные граждане загружены под завязку, у многих помимо основной работы есть еще и подработки — в такой ситуации экономить время и силы, заказывая доставку готовой еды или клининг, — разумный вариант.
Но, кажется, дело еще и в усложнении жизни и потребительского ландшафта. Все больше действий по мелкому и не очень ремонту, по уходу за внешностью, по организации досуга переходят из бесплатного формата в платный. Осмотреть новый город можно и самим — но с экскурсией интереснее. Покрасить волосы можно и самим — но грамотный парикмахер-колорист сделает это лучше. Что уж говорить о ремонте бытовой или компьютерной техники, наименований которой в наших домах за последние двадцать лет стало раза в два больше. А многообразие материального мира подкидывает новые и новые действия, которые можно отдать на аутсорс — например, хранение зимних шин, уроки с ребенком, выбор вещей на маркетплейсах. Блогеры бойко торгуют так называемыми шоп-листами и артикулами товаров — и на это находится покупатель.
По данным Росстата, объем услуг по ремонту компьютеров, предметов личного потребления и хозяйственно-бытового назначения с 2011 по 2025 год вырос на 58% (в ценах 2021 года), деятельность турагентств — на 120% (вот вам и самостоятельные путешествия), деятельность по подбору персонала — на 67%, деятельность курьерская — на 146% (тут весь рост сервисов доставок), деятельность в области отдыха, спорта и развлечений — на 185%, финансы — ровно в три раза, а разработка ПО и ИТ-услуги — на 338%. Для сравнения: весь ВВП за эти годы в ценах 2021 года вырос лишь на четверть, а обработка — на 50%.
Расчеты «Монокля» по данным Росстата показывают: доля услуг (разделы G‒S в производстве валовой добавленной стоимости по ОКВЭД) в ВВП по итогам первого полугодия 2026 года превысила 60% — особенно активно эта доля росла начиная с 2022 года (и половину прироста дали услуги по госуправлению и обеспечению военной безопасности).
Это мировой уровень: по данным Всемирного банка, у Китая доля услуг в ВВП составляет 58%, у Польши, Турции и Бразилии — по 60%, у Германии — 64,5%, а у США — более 76% (но очевидно, что во многом за счет раздутых медицинского, страхового и финансового сектора).
В целом именно сфера услуг привлекает более трех четвертей прямых иностранных инвестиций в развитые страны. UNCTAD фиксирует: в качестве стратегии развития сфера услуг становится все более популярной, чем обрабатывающая промышленность, которая долгое время была двигателем роста для стран со средним уровнем дохода.
Экономический мейнстрим теперь утверждает, что рост производительности в современных услугах благодаря цифровизации такой же, как в обрабатывающей промышленности и других секторах, или даже выше. Так что услуги могут выступать в качестве двигателей роста наряду с обрабатывающей промышленностью.
Получается, экономика растет уже не за счет эффективности производства, а за счет того, что люди помогают друг другу выжить в мире, который стал слишком сложным.