Прекращение войны для президента США, сейчас, похоже, важнее даже функционирования пролива, закрытие которого Ираном спровоцировало мировой энергетический кризис. Появившаяся накануне в американской прессе утечка по этому поводу получила во вторник по меньшей мере частичное подтверждение из уст самого Дональда Трампа. И вот, что он сделал — он «перевел стрелки».
Газета Wall Street Journal (WSJ) накануне, со ссылкой на свои источники в Белом доме выдала сенсацию. Авторитетное издание сообщило, что президент Трамп заявил своим ближайшим помощникам, что хочет закончить войну с Ираном, даже если Иран не откроет Ормузский пролив для судоходства.
Выполнив свою давнюю угрозу и фактически закрыв важнейшую торговую водную артерию, соединяющую Персидский ((более углубленный в материк) и Оманский заливы Индийского океана, Тегеран взял в руки мощный рычаг воздействия на глобальную экономику. Закрытие прохода через пролив для судов недружественных Ирану стран (США, Израиля и длинного перечня их союзников) лишило международный рынок приблизительно шестой части нефти.
Это произошло в первые же дни после нападения США и Израиля. И теперь иранцы, несмотря на неоднократные угрозы и ультиматумы Дональда Трампа, открывать пролив Хормоз (персидская транскрипция наименования) явно не собираются.
Трамп обратился с просьбой помочь Америке восстановить судоходство в проливе к союзникам. Но те прислать свои военные корабли отказались, вызвав неприкрытую обиду президента США. Но свои претензии к другим странам, как теперь выясняется, он не снял, к чему мы вернемся ниже. А здесь напомним, что в минувшие несколько дней он в свойственной ему манере перемежал угрозы в адрес Ирана с заявлениями, что пролив ему совсем не нужен.
Конечно, президент Трамп сильно лукавит, когда говорит, что ему нет никакого дела до Ормузского пролива. Даже несмотря на то, что США получают из Персидского залива относительно немного нефти, цены на бензин и дизтопливо там растут: по данным Американской автомобильной ассоциации, во вторник средняя цена за галлон официально превысила 4 доллара впервые за более чем 3 года. А американцы очень к этому чувствительны.
Кроме того, на Америку косо смотрят те самые союзники, прежде всего европейцы, а они как раз от импорта нефти зависят критически. И с раздражением смотрят из нефтезависимой Азии.
Но выйти из очень дорогой войны с Ираном, исход которой очень сомнителен, для него, похоже, сейчас действительно может быть важнее, чем открытие для судоходства 90 морских миль между побережьями Ирана (на севере) и ОАЭ с Оманом (на юге). Несмотря даже на всю их стратегическую важность с экономической точки зрения.
Судя по всему, в последние дни Дональд Трамп с советниками пришли к выводу, что попытка открыть пролив силой при помощи наземной операции, например, захвата острова Харк, даже если пройдет успешно, затянет войну значительно дольше 4-6 недель, планировавшихся в Белом доме перед нападением на Иран 28 февраля. При том что успех там отнюдь не гарантирован.
И во вторник, во второй половине дня по московскому времени, Дональд Трамп заявил в телефонном интервью CBS News, что он «пока не готов» вывести американские войска в рамках усилий по принуждению Ирана к открытию Ормузского пролива, несмотря на сообщение в Truth Social, предполагающее, что союзники должны сделать это самостоятельно.
В телефонном разговоре Трамп вновь выразил свое разочарование тем, что другие страны, включая Великобританию, не направили военные силы для участия в американо-израильской войне против Ирана. Но сказал, что пока не собирается выводить американские войска из этой операции.
«В какой-то момент я это сделаю, но пока не совсем [готов]. [Другие] страны должны вмешаться и позаботиться об этом. Иран был разгромлен, — на свой лад описал положение дел Трамп, — но им придется вмешаться и сделать свою работу», — продолжил он.
«…если у них возникнут трудности с нефтью, пусть придут и заберут ее, как и положено. Пусть придут и заберут. Они никому не хотели помогать. НАТО ужасно, и все они ужасны. Так что, если им нужна нефть, пусть придут и заберут ее», — заявил он, подкрепив свое предложение другим странам самим взять нефть тем, что, якобы, им при этого нечего опасаться: «Нет никакой реальной угрозы, никакой существенной угрозы, потому что эта страна [Иран] была опустошена», — заявил он. — «Пусть придут и заберут. Пора им что-то сделать для себя».