Советский технологический прорыв стоял на фундаменте имперского образования, а опыт экспериментов в российской школе послереволюционного периода часто был горьким. Какой должна быть работа над ошибками и можно ли исправить «систему»? Об этом — в интервью с директором Школы имени А. Н. Колмогорова (СУНЦ МГУ) Кириллом Семеновым
Система школьного образования в очередной раз стоит на перепутье. Ее точно будут реформировать: в текущем году планируется утвердить новую стратегию развития образования на десять, а возможно, и на пятнадцать лет. Каких трансформаций сегодня ожидают на местах? Было ли в истории российской школы «наилучшее время»? В чем измерять качество образования и почему стране жизненно необходимы хорошие математики и физики? Эти вопросы мы обсуждаем с Кириллом Семеновым, директором легендарной российской школы, кузницы будущих математиков, физиков и программистов — Специализированного учебно-научного центра (школы-интерната) имени А. Н. Колмогорова (СУНЦ МГУ).
— Исторически сложилось так, что в сфере образования главным заказчиком в России является государство. Оно ставит задачи. Есть понимание, что сегодня нужно нашей стране?
— Зачем нужна большая наука таким странам, как Россия, США, Китай? Причина проста: делать самое-самое лучшее оружие. Имеешь лучшую фундаментальную науку — делаешь лучшее оружие. Если не стоит задача соревноваться за место в первой тройке-пятерке, можно понизить себе цель. Скажем, иметь хорошую индустрию — тогда наука может быть «послабее». Когда от тебя не требуется вообще ничего, можно даже обсуждать финскую модель образования. Кто-нибудь слышал, чтобы финские школьники победили в какой-нибудь международной олимпиаде по физике или математике?
Оформите подписку или войдите в аккаунт, чтобы дочитать статью до конца.
Читать полностью на сайте