Контроль над качеством экспортной нефти вновь в центре внимания

Международный скандал с загрязнением нефти в российском экспортном трубопроводе «Дружба» неожиданно получил продолжение после инициативы главы «Транснефти» Николая Токарева закрепить за этой госкомпанией контроль над пунктами сдачи и приема нефти (ПСП). Эксперты сомневаются в правильности предлагаемой модели и предлагают создать независимую систему оценки качества нефти в трубе. с привлечением профессиональных оценщиков из России и стран-импортеров.

19 августа глава «Транснефти» Николай Токарев попросил премьер-министра Дмитрия Медведева передать в операционное управление этой нефтетранспортной компании все 237 пунктов сдачи и приема нефти в трубопроводную систему. Таким образом он планирует избежать в дальнейшем повторения ситуации с загрязнением ушедшего на экспорт большого объема российской нефти, случившейся в апреле этого года. Тогда от засорения сырья хлорорганическими соединениями испортилось оборудование на нефтеперерабатывающих заводах в России, Белоруссии, Польше и Германии, где прекратили временно принимать российскую нефть (в мае-июне поставки были возобновлены).

«Необходимо сделать все, чтобы подобные аварии, подобные инциденты не повторялись, поскольку они создают для нашей страны — и не только создают, они, по сути, принесли — и репутационные издержки, и убытки», — отметил Дмитрий Медведев, пообещав проработать предложение об операционном контроле «Транснефти» над ПСП.

Главный редактор издания «Промышленные ведомости» Моисей Гельман, который провел собственное расследование инцидента, уверен, что монопольный контроль «Транснефти» над ПСП навредит отрасли. 20 августа совместно с управляющим партнером юридической фирмы ЕМПП Сергеем Егоровым он провел пресс-конференцию, где напомнил, что Николай Токарев в качестве причины загрязнения нефтепровода «Дружба» некондиционной нефтью назвал «умышленный слив нефти, которая не прошла товарную подготовку» через узел слива, принадлежащий компании ООО «Нефтеперевалка». Шестеро сотрудников этой компании сейчас находятся под следствием по статьям за хищение нефти и за умышленное причинение вреда при транспортировке нефти. По этому же делу обвиняемыми проходят и сотрудники «Транснефти», подозреваемые в числе прочего в получении от 100 до 200 тысяч рублей от мелких нефтекомпаний за временное отключение приборов, автоматически отслеживающих качество нефти при перекачке ее из резервуаров ПСП в трубопровод.

Моисей Гельман напомнил, что в трубопроводе «Дружба», на всем его протяжении, смешивается нефть от разных поставщиков, закачиваемая туда из 24 ПСП. А значит, у «Транснефти» должны быть, и есть, приборы контроля доставляемого сырья. Версию о том, что сотрудники «Нефтеперевалки» через свой узел слива закачали в трубу «Дружбы» 30 тонн хлорганических соединений (используются для разжижения нефти с целью облегчения ее добычи), чтобы похитить столько же тонн нефти, и загрязнив при этом 5 млн общей нефти, он считает очевидно ошибочной.

«Чтобы прокачать через узел “Нефтеперевалки” 5 млн тонн нефти с их мощностями», понадобилось бы не 12 дней, а  почти пять лет, — ссылается на свои расчеты Моисей Гельман. «Во-вторых, стоимость тонны хлорганического соединения в полтора раза выше стоимости нефти, поэтому я не вижу экономического смысла в такой “краже”», — говорит он.

Главред «Промышленных ведомостей» уверен, что проблема кроется в несбалансированной системе контроля за качеством заливаемого в трубопроводы «Транснефти» сырья. Он указал на наличие объективных данных от нефтезаводов в Белоруссии и Европе, согласно которым  грязная нефть (с превышением в конечных точках допустимой концентрации хлорорганики в 20 раз) сливалась в трубу на всем маршруте в 3 тыс. км и на протяжении длительного времени. При этом, отметил выступающий, ни на одной из 15 станций самой «Транснефти», расположенных по ходу движения «нефтяной пробки», почему-то не сработали автоматические анализаторы качества нефти, призванные перекрывать транспорт сырья в случае ее несоответствия параметрам ГОСТ. «Получается, что даже на польской и немецкой границе отсутствует контроль качества нефти? Как можно скрыть столь  масштабную и продолжительную «диверсию»?» — недоумевает Моисей Гельман.

«Правду о том, как попала хлорорганика в нефтепровод “Дружба”, мы уже вряд ли узнаем, поскольку время упущено», — заключает Моисей Гельман. Спикеры пресс-конференции отметили, что изначально не было проведено независимой экспертизы лабораторных проб, которые теперь уже утилизированы. А также, не была проанализирована вся технологическая цепочка поступления нефти в трубопровод.

Моисей Гельман и Сергей Егоров выразили согласие с участниками рынка нефти, чье мнение им известно, что отдавать одной компании, «Транснефти» монополию по контролю работы ПСП нецелесообразно и предпочтительнее создать независимую систему оценки качества нефти в трубе с привлечением профессиональных инспекторов.