Financial Times усомнилась в надежности России как поставщика из-за проблем на «Дружбе»

Накануне все информационные агентства процитировали заявление французской Total, которая объявила форс-мажор на поставки авиационного топлива с НПЗ в Лойне (ФРГ) в связи с приостановкой поставок нефти по трубопроводу «Дружба» из России в прошлом месяце. Речь идет только об авиационном топливе, сообщает агентство Bloomberg со ссылкой на заявление Total.

НПЗ Total работает c пониженной производительностью, используя свои запасы сырья, а также нефть, поставляемую из Гданьска, отмечают в этой компании. Еще 29 мая она заявила, что мощности ее НПЗ в Лойне задействованы лишь на 50% из-за последствий инцидента. Это не первое заявление участников международного рынка нефти об ущербе, нанесенном поставками загрязненной нефти по магистральному трубопроводу "Дружба" из России.

Ранее акционеры «Роснефти» на годовом собрании задали вопрос главе компании о сроках восстановления поставок нефти зарубежным потребителям. Глава «Роснефти» Игорь Сечин, отвечая на вопрос акционеров компании, сказал, что «Транснефть» обещает компенсировать все убытки. «"Транснефть" заверяет нас, что все убытки компании и наших партнеров будут компенсированы. Мы им верим в этом смысле, и надеемся, что так и произойдет"», — сказал глава «Роснефти».

Сечин пояснил, что потребители российской нефти сейчас вынуждены замещать ее недопоставки за счет других маршрутов: в Польше сейчас таким маршрутом является поставка через порт Гданьска. Словакия изучает вопрос организации альтернативного маршрута через нефтепровод "Адрия". По словам главы «Роснефти», сейчас самое главное – как можно быстрее очистить «Дружбу», восстановить работу по поставкам чистой нефти.

«Конечно из этого надо сделать выводы, и наладить такой порядок работы, который исключал бы впоследствии возможности повторения такой ситуации», — отметил Сечин.

Официально сумма ущерба, как и объем компенсаций потребителям и поставщикам российской нефти со стороны «Транснефти» не назывались. Отраслевые эксперты сходятся во мнении, что суммы могут составить от сотен миллионов до миллиарда долларов и выше.
«Среднемесячные поставки по «Дружбе» варьируются в среднем в пределах 4,2 млн т в месяц. Это значит, что итоговый двухнедельный простой повлечет за собой сокращение поставок на 15 млн баррелей Urals, что составляет примерно $1 млрд выручки российской нефтянки. То есть в совокупности с затратами «Транснефти» на очистку «Дружбы» и компенсацией партнерам по контрактам, можно ожидать даже большей цифры», - посчитал аналитик «БКС Брокер» Константин Карпов.

В свою очередь, управляющий партнер аналитического агентства WMT Consult Екатерина Косарева указывает, что использование альтернативных маршрутов поставок нефти может быть весьма затруднено и влечет за собой дополнительные расходы.
«Объем потерь пока не озвучивался, но очевидно, что сумма растет с каждым днем: и за счет неустоек, и за счет увеличения расходов на транспортировку, ведь танкерные поставки значительно дороже и, что немаловажно, дольше. Кроме того, есть проблема с нехваткой судов: танкеры фрахтуются за пару недель, а то и за месяц до поставки», — отмечает Косарева.

Ранее упоминание темы компенсаций вызвало раздраженную реакцию у топ-менеджмента «Транснефти». При этом первый вице-премьер, министр финансов Антон Силуанов заявил, что «Транснефть» должна самостоятельно нести финансовую ответственность за ситуацию, сложившуюся с экспортным нефтепроводом «Дружба».

«Вы хотите сказать, чтобы государство заплатило за косяки компании, которая занимается поставкой нефти? Мне кажется, это не совсем правильно», - заявил он журналистам, отвечая на вопрос, может ли быть снижен порог дивидендов «Транснефти» из-за ситуации с «Дружбой».

ЧП на «Дружбе» опровергло тезис о том, что Москва – надежный и заслуживающий доверия поставщик энергоресурсов — к такому выводу, хотя и несколько поспешно, пришел журналист Financial Times Генри Фой. Это тревожный сигнал, так как тезис о надежности и доверии был ключевым аргументом энергетических компаний Евросоюза – покупателей российских нефти и газа (особенно тех пятерых, что являются партнерами «Газпрома» в проекте «Северный поток – 2»), выступающих за то, чтобы наращивать импорт из России.