BP: уходя — уходи

Александр Фролов
заместитель директора Института национальной энергетики, эксперт аналитического центра «ИнфоТЭК»
3 августа 2022, 10:47

Британская BP попрощалась, но не уходит.

BP опубликовала отчётность за второй квартал 2022 года. Она похвасталась чистой прибылью после колоссальных убытков первого квартала, не забыла упомянуть инвестиции в «зелёный» энергопереход, развитие электромобильного сегмента и планы в области водородной энергетики. Затем компания пожаловалась на коварство России, которая не отпускает её со своего рынка, а также заставляет получать дивиденды — о, ужас! — в рублях.
 
Компания BP давно присутствует на российском рынке. Но 27 февраля текущего года она объявила о том, что выходит из своей доли в акционерном капитале «Роснефти» (19,75%), а также покидает прочие совместные предприятия на территории России.

Конечно, об уходе с нашего рынка объявили многие западные нефтегазовые предприятия (Shell, Equinor, TotalEnergies) и фирмы, работающие в смежных отраслях (например, Baker Hughes и Halliburton). Но в случае BP это была вовсе не та ситуация, которую можно обрисовать цитатой из известного фильма: «все побежали, и я побежал». Ведь эта компания была первой, решившей покинуть, как ей казалось, тонущий корабль российской экономики.

Первым делом из совета директоров «Роснефти» вышли два представителя BP. Затем — удивительно — дело застопорилось. Конечно, британской компании пришлось зафиксировать чистый убыток. Но по какой-то причине со своими 19,75% BP расставаться не торопилась.
В то же время компания Total Energies изворачивалась, стараясь объяснить широкой западной общественности, что не хочет покидать российские активы, так как иначе «пострадает вся европейская экономика». Попытки французской компании закрепиться на нашем рынке нельзя назвать полностью провальными, но в конце июля Правительство России поручило передать доли Equinor (30%) и TotalEnergies (20%) в Харьягинском месторождении «Зарубежнефти».

А куда менее осторожная и куда более импульсивная компания Shell забегала по рынку, стараясь избавиться от российских активов, среди которых были и добычные, и сбытовые, и перерабатывающие. Часть собственности у неё купил «Лукойл». Учитывая, что Shell делала всё, чтобы её активы стали максимально «токсичными», не возьмёмся судить об успешности для неё этой сделки. В какой-то момент резвую распродажу Shell прервал указ «О применении специальных экономических мер в топливно-энергетической сфере в связи с недружественными действиями некоторых иностранных государств и международных организаций». В его рамках предлагалось определиться, «с кем вы, мастера культуры». Но это отдельная история, которая в рамках нашей темы является лишь иллюстрацией того, что при наличии желания западные фирмы более-менее благополучно избавлялись от российских активов. А что же тем временем делала BP?

Если верить квартальному отчёту компании, то у неё в это время всё было прекрасно. Она обеспечивала мир столь нужными нефтью и газом, но и о безуглеродной энергетике не забывала. Прибыль росла, чистый долг падал, дивиденды увеличивались. Если, по утверждению компании, и были какие-то проблемы, то связаны они исключительно с непреодолимым стремлением BP покинуть российский рынок. И только в примечаниях (на странице 23) компания решила объяснить, а что же конкретно ей мешает избавиться от доли в «Роснефти» и от совместных проектов.

Объяснения в свете усилий других западных компаний выглядели по меньшей мере странно. Для начала BP пожаловалась, что «Россия ввела ряд контрсанкций, включая ограничения на вывод средств из российских активов иностранными инвесторами». Мы согласны, это, конечно же, «нечестно». Честно, это когда против России вводят ограничения, а она ничего не делает в ответ. Правда, другим компаниям «нечестные контрсанкции» не помешали либо полностью, либо частично покинуть российский рынок. Да, вероятно, не без потерь. Но может ли респектабельная западная компания, которая покидает Россию исключительно по этическим соображениям, думать о такой пошлой вещи как прибыль?

Кстати, BP пожаловалась, что проблема не только в совершенно «нечестных контрсанкциях», но и в том, что она не может продать свою долю акций «Роснефти» на Московской фондовой бирже. Опять же можем отослать к вышеописанному опыту Equinor и TotalEnergies. Потребовалась ли им Московская биржа?

В этом контексте даже неудобно указывать на рассуждение BP о причинах высоких цен на нефть. По мнению компании, они останутся повышенными в третьем квартале из-за «продолжающихся перебоев с поставками из России». Это первая и, судя по всему, главная причина. Британские аналитики, видимо не слышали, к примеру, про падение добычи в Ливии на 600-850 тыс. баррелей в стуки в текущем году. И не заметили восстановления и роста в годовом выражении производства в РФ.

В общем, BP зарабатывала деньги на росте нефтяных котировок и очень этого стыдилась. А больше всего она стыдилась того, что во всём виновата Россия, но покинуть её рынок никак не получается. Судьба-злодейка не велит.

Впрочем, вопрос получения денег из нашей страны BP волнует. Как отмечал в своем выступлении на Питерском экономическом форуме глава Роснефти Игорь Сечин, при объеме инвестиций чуть более $10 млрд совокупный доход британской компании от ее российских активов составил порядка $36 млрд. Дополнительно к этой сумме британская компания получит более $0,7 млрд в виде дивидендов от «Роснефти» за второе полугодие 2021 года, а между тем стоит напомнить, что, согласно отчетности, стоимость этого актива равняется нулю.

BP опять давит на жалость: «Россия ввела ограничения на выплату дивидендов определенным иностранным акционерам». Может сложиться впечатление, что несчастную компанию обделили. Но это не так. Ограничения действительно были введены, но они подразумевали выплату дивидендов в рублях. Российские компании — это ведь не какие-то дикари, которые могут украсть несколько сотен миллиардов, поэтому всё до последней копейки BP перечислили. Да, для вывода этих средств необходимо одобрение правительства Российской Федерации. Но BP, судя по её заявлению, за соответствующим разрешением не обращалась.

Складывается впечатление, что британская компания в текущих условиях отчаянно цепляется за российский рынок. Что заявления о дивидендах и невозможности покинуть Россию делаются с одной целью — успокоить западную общественность. Мол, да, не уходим с российского рынка, но нам просто не дают этого сделать (всем дают, а нам — нет). Да, получаем дивиденды, но получаем их как-то странно, поэтому вроде как не получаем.

Видимо, компания опасается, что в какой-то момент ей захочется вернуться, а место будет занято. Поэтому лучше тянуть время и оставаться в России. Пока наивные фирмы и правда продают активы.

Обычно про англичан говорят, что они уходят, не прощаясь. А BP попрощалась, но не уходит. Эта компания давно присутствует на российском рынке. Но ей пора признать, что этот период её истории закончился. Уходя — уходи.