Иран принял вызов

Цели операции обозначил президент США Дональд Трамп, из чьей речи по этому поводу можно выделить следующий их перечень: смена власти в Иране, недопущение получения страной ядерного оружия, и уничтожение иранских ракетных мощностей и флота.

Отметим, что атака Вашингтона и Тель-Авива состоялась на фоне проходивших в феврале переговоров между Ираном и США по вопросу урегулирования кризиса вокруг ядерной программы Тегерана – новый их раунд был назначен на 2 марта. При этом, как рассказали в Израиле, военная операция готовилась месяцами, а решение о дате было принято несколько недель назад – выводы, как говорится, можно сделать самостоятельно.

Несмотря на масштаб ударов сил союзников и призывы США и Израиля к иранцам «сбросить иго тирании», атака не привела к дестабилизации политической ситуации или параличу военного управления в Иране. Еще до полудня Тегеран нанес ракетные удары по Израилю и американским базам на Ближнем Востоке.

Иранским ударам подверглись американские военные базы в Кувейте, на севере Ирака и в Саудовской Аравии; сообщалось об атаке на авиабазу США в Катаре; взрывы гремели в Дубае и в Абу-Даби. Важно отметить, что в список своих целей Иран внес и ключевые объекты энергетического сектора США на Ближнем Востоке, перенося давление на экономику США и репутацию Вашингтона как гаранта региональной безопасности. 

Но делать финальные выводы о результативности этих ударов (как, впрочем, и ударов сил Израиля и США по Ирану) пока сложно в силу противоречивости поступающей информации. 

Между тем стало известно о событии, которое может стать переломным в развитии ближневосточного кризиса – и дальнейшей жизни и региона, и всего мира: в ночь на 1 марта в Тегеране подтвердили гибель Верховного лидера Ирана Али Хаменеи от ударов США и Израиля. 

Это событие можно без преувеличения назвать беспрецедентным – уничтожение главы одного государства силами двух других стран по модели ликвидации глав террористической организации наверняка окажет сильное воздействие на мировую политику.

Для Ирана убийство Хаменеи определенно стало шоком, но в трепет там не впали: как сообщили в Тегеране, произошедшее не останется без ответа, а страна «сохранит стратегическую устойчивость». Теперь в Иране сформирован руководящий совет, который управляет страной до избрания преемника, обязанности верховного лидера на это время будет исполнять Алиреза Арафи, считающийся доверенным лицом погибшего Али Хаменеи.

Сегодня, во второй день конфликта обмен ударами продолжается, в странах региона работает ПВО, слышны взрывы, падают обломки ракет и дронов. Прогнозировать продолжительность конфликта сейчас сложно.

Пока что последствия конфликта уже ощутили не только жители стран региона – общий список убитых и раненых идет, как минимум, на сотни, но и многочисленные туристы, которые столкнулись с массовыми закрытиями аэропортов и отменами рейсов. К серьезным последствиям кризиса на Ближнем Востоке готовится и мировая экономика. Под угрозой судоходство в Ормузском проливе.

Через эту стратегическую артерию ежесуточно проходит почти 20% мировой торговли нефтью и более 30% поставок сжиженного природного газа. Его закрытие (уже было объявленное Корпусом стражей исламской революции, но потом взятое назад) может привести к взлету цен на нефть, спровоцировав и глобальную инфляцию, и обвал финансовых рынков. 

Впрочем, пока продолжаются выходные, биржи закрыты, первые конкретные сигналы реакции рынка появятся лишь в понедельник, 2 марта. А зависеть дальнейшая ситуация на рынке будет от реального сценария блокировки пролива, ее длительности, а также будущего добычи нефти и ее экспорта Ираном, равно как и от того, будет ли Иран стараться уничтожить нефтяную инфраструктуру в арабских странах.

 «Безрассудный шаг»

Безусловно, происходящее на Ближнем Востоке не могло не быть незамеченным в Москве. 

Вчера президент России Владимир Путин собрал на заседание постоянных членов Совета безопасности РФ для рассмотрения вопросов, касающихся обстановки в Иране – мероприятие прошло по видеосвязи и в закрытом режиме. А министр иностранных дел России Сергей Лавров провел телефонный разговор со своим иранским коллегой Аббасом Аракчи и осудил нападение США и Израиля на Иран.

 МИД России назвал операцию США и Израиля против Ирана безрассудным шагом и подчеркнул, что речь идет о заранее спланированном и неспровоцированном акте вооруженной агрессии против суверенного и независимого государства-члена ООН.

«Осуждения заслуживает и тот факт, что атаки вновь осуществляются под прикрытием возобновившегося переговорного процесса, якобы призванного обеспечить долгосрочную нормализацию обстановки вокруг Исламской Республики, и вопреки доводившимся до российской стороны сигналам об отсутствии у израильтян заинтересованности в военной конфронтации с иранцами», – отметили в ведомстве.

Как рассказали в российском МИДе, мотивы нападающих понятны: разрушение конституционного строя и физическое устранение руководства Ирана, отказавшегося подчиняться силовому диктату. Такая «опасная авантюра» Вашингтона и Тель-Авива может грозить региону гуманитарной, экономической и, возможно, радиологической катастрофой.

МИД РФ призвал немедленно вернуть ситуацию вокруг Ирана в русло дипломатического урегулирования, а также потребовал от руководства ООН и МАГАТЭ дать «объективную и бескомпромиссную оценку» этим «безответственным действиям». 

«Россия, как и прежде, готова содействовать поиску мирных развязок на базе международного права, взаимного уважения и баланса интересов», – заключили в министерстве.

«Это усилило ненависть»

В беседе с «Моноклем» ведущий научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, доктор исторических наук Борис Долгов отмечает, что Москва не только выступила с осуждением агрессии Израиля и США против Тегерана, «но, возможно, были какие-то меры, направленные на поддержку Ирана в плане военно-технической помощи».

По словам нашего собеседника, помимо поддержки партнера, Россия не могла отметить как то, что агрессия США и Израиля сопровождается уничтожением легитимного руководства страны, так и то, что военные действия против Ирана начались под прикрытием переговоров – фактически, во время диалога. 

 «Вот как можно вести переговоры с этими странами и рассчитывать на то, что соглашения, достигнутые с ними, будут действовать?» – говорит Долгов. – «Это важный момент, на который, конечно, обращает внимание и наше руководство».

Отметим, что Владимир Путин днем 1 марта выразил соболезнования в связи с гибелью Али Хаменеи, охарактеризовав произошедшее как циничное убийство с нарушением всех норм человеческой морали и международного права.

Как отмечает эксперт, важен и тот момент, что России совершенно невыгодно гипотетическое падение режима страны с приходом к власти новых сил или возможный ее распад, потому что такой сценарий может повлечь возникновение там группировок или даже государств, – например, исламистского толка, – чьи действия будут направлены против нас и против стран Средней Азии, тесно связанных с Россией. 

Разговоры же о возможных выгодах для нас от предполагаемой замены Россией Ирана на нефтяном рынке, по его мнению, являются примитивным подходом: «если смотреть более широко, то для России крах ныне действующего режима в Иране – это негативный момент».

Тем не менее, пока что можно сказать, что Иран выстоял, контроль над ситуацией в стране, как и над действиями армии, не потерян, Тегеран продолжает сопротивление и наносит ответные удары. Там заранее были приняты меры, чтобы погибших военных и чиновников заменили новые лица. Но насколько после такой вынужденной ротации политика Ирана по отношению к России останется прежней?

Как полагает в разговоре с «Моноклем» старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин, той внешнеполитической конфигурации Ирана, что существовала до этих дней, уже не будет: «я не говорю, что они тут же бросятся в объятия Соединенных Штатов, но, во всяком случае, устремление в Европу будет».

Как объясняет востоковед, это связано с тем, что Иран сегодня находится в системном кризисе, имеющем и экономические, и социальные, и политические и даже экологические аспекты: стране крайне необходимы реформы, и она может устремиться на Запад и с точки зрения экономики, и с точки зрения инвестиций, с точки зрения высоких технологий. Поэтому, говорит Сажин, даже в случае мирного перехода Иран перестанет быть надежным партнером для России.

В свою очередь, как говорит Борис Долгов, представить, что Иран по итогам прихода к власти новых людей качнется в сторону Запада в пику нашим интересам невероятно. По мнению собеседника «Монокля», гибель Верховного лидера была воспринята большинством иранского общества абсолютно негативно, «это усилило ненависть и к США, и к Израилю, особенно к Израилю, и невозможно себе представить, что новые лидеры, которые заменят погибших, переменят свою позицию и обратятся к Западу».