Мировая экономика Россия в мире

Разворот на Юг: партнеры и форматы

Алексей Кузнецов
30 мая 2022, 00:00

В условиях экономической войны с коллективным Западом переориентация внешнеэкономических связей России на глобальный Юг становится безальтернативной стратегией. Такой разворот будет способствовать формированию полицентричного мироустройства

ВАЛЕНТИН СОБОЛЕВ/ТАСС

Строительство Асуанского гидроузла на реке Нил в Египте в 1960–1971 гг. стало одним из крупнейших зарубежных инфраструктурных проектов СССР

Читайте Monocle.ru в

Экономическое возвышение Китая и в целом более высокая динамика ВВП во многих странах Азии, Африки и Латинской Америки по сравнению с большинством европейских государств и США предопределяют долгосрочный тренд на повышение роли глобального Юга во внешнеэкономических связях самых разных стран, включая Россию. Однако в случае нашей страны дополнительным импульсом стала начавшаяся в 2014 году «война санкций» с коллективным Западом. Еще раньше на государственном уровне высказывались идеи о повороте на Восток. Вместе с тем надо признать, что усиление именно восточного вектора российских внешнеторговых связей рискует обернуться лишь заменой зависимости от ЕС на чрезмерную привязку к КНР. На наш взгляд, следует говорить о развороте во внешней торговле и инвестиционных связях на глобальный Юг в целом.

До конца февраля 2022 года экспертам приходилось гадать, кого из наших потенциальных партнеров в Азии можно рассматривать хотя бы в каких-то вопросах как альтернативу западноевропейским странам. В частности, довольно двусмысленно воспринимались контакты с Южной Кореей и Сингапуром. Однако весной текущего года ситуация прояснилась. Так, 5 марта был обнародован список 48 «недружественных стран», который включает 27 членов ЕС, Великобританию и четыре ее колониальных владения, 11 других европейских государств, США, Канаду, Японию, Республику Корея, Сингапур, Австралию, Новую Зеландию, китайскую островную провинцию Тайвань (выступающую на мировой арене как самостоятельное частично признанное государство) и Микронезию. По сути, весь «коллективный Запад» выстроился в единый строй во главе США. В одном лагере оказались и новички НАТО (Албания, Северная Македония и Черногория), и нейтральная Швейцария (до этого маневрировавшая ради максимизации собственной экономической выгоды), и тихоокеанские страны с высоким уровнем экономического развития, но сильной военной зависимостью от Соединенных Штатов.

На другом полюсе полсотни стран, которые воздерживаются, а то и вовсе солидаризируются с Россией при голосованиях в ООН, инициированных странами НАТО и их сателлитами с целью осуждения нашей страны. На эти государства приходится более половины населения планеты, но в товарообороте и инвестиционных связях с нашей страной их доля пока еще довольно скромная, хотя и растет.

Индия: свинчивать вручную

Индия — вторая по численности населения страна мира и третья по размеру экономика (в расчете ВВП по паритету покупательной способности валют). Тем не менее это только 14-й по значению внешнеторговый партнер России. В 2021 году российско-индийский товарооборот достиг 13,6 млрд долларов, в том числе российский экспорт составил 9,1 млрд долларов, то есть превосходил встречные индийские поставки более чем вдвое. В российском экспорте в Индию на минеральные продукты пришлось лишь 31,9%, зато на машины, оборудование и транспортные средства — 19,9%. Прежде всего следует отметить наши поставки энергетического оборудования, электротехнической продукции и электроники.

Во встречном товарном потоке из Индии важнейшее место занимает фармацевтическая продукция (13,2% российского импорта из Индии), а также энергетическое оборудование, электротехника и электроника, совокупный удельный вес которых достиг 24,3% российского импорта из южноазиатского гиганта.

После распада Советского Союза ускорилась переориентация Индии на США и в экономическом, и в военно-политическом отношении. До сих пор в России при подготовке кадров на азиатском направлении делается акцент на Китай, Турцию и арабский мир, тогда как престиж индологии сильно упал.

Почти одновременная либерализация внешней инвестиционной деятельности и в России, и в Индии долгое время не сопровождалась развитием взаимных связей. Лишь в 2010-е годы встречные объемы накопленных капиталовложений превысили порог 5 млрд долларов для каждого партнера, однако круг инвесторов пока ограничен.

Из трех крупнейший индийских ТНК две (автомобилестроительная Tata Motors и телекоммуникационная Bharti Airtel) не работают в России. Лишь ONGC вложила значительные средства в российскую нефтегазовую промышленность, причем в проекте «Сахалин-1» ей принадлежит 20% (до последнего времени у американского гиганта ExxonMobil и японского консорциума Sodeco было по 30%).

Из трех ведущих российских ТНК в Индии лишь «Роснефть» с 2017 года владеет 49,1% акций Nayara Energy (второй по величине НПЗ страны и сеть АЗС), потратив несколько миллиардов долларов на сделку и реализуя программу дальнейшего развития нефтехимического производства на сумму 750 млн долларов. В то же время прямые инвестиции в Индии до сих пор не осуществил «ЛУКойл», нет производственных активов в этой южноазиатской стране и у «Газпрома», хотя для него Индия уже сегодня является крупнейшим покупателем сжиженного природного газа.

Из других российских инвестиций в Индии следует отметить совместное предприятие «Сибура» и Reliance Industries, построившее завод по выпуску бутилкаучука, совместное предприятие оборонно-промышленного комплекса «БраМос», сборочный завод КамАЗа и пока скромный проект НЛМК (строительство завода по производству трансформаторной стали в штате Махараштра стоимостью до 150 млн долларов).

Немало действует в Индии и российских портфельных инвесторов, в том числе вкладывающих в венчурные проекты. Можно отметить Sistema Asia Fund Владимира Евтушенкова, USM Алишера Усманова, ru-Net Holding Леонида Богуславского и ряд других. Разумеется, нельзя забыть и существующий 14 лет в Индии банковский филиал ВТБ.

Есть и примеры не слишком удачной работы россиян на индийском рынке. Можно вспомнить относительную неудачу АФК «Система», пытавшуюся в 2008‒2017 годах инвестировать в мобильную связь в Индии, а также довольно вялую экономическую активность в Южной Азии таких наших мощных экономических игроков, как РЖД и «Зарубежнефть».

По большому счету ключевыми направлениями сотрудничества остаются такие стратегические сферы, как атомная (крупнейшая в Индии АЭС «Куданкулам», решение о строительстве первой очереди которой было принято еще в советский период), и военно-техническая, включая выпуск военной техники российской разработки по лицензиям (например, танков Т-90С).

Российский бизнес должен научиться конкурировать на индийском рынке, в том числе используя возможности, которые создают индийцы в рамках национальной промышленной политики, в частности инициативу Make in India и аналогичные инструменты на уровне отдельных штатов. Учитывая специфику страны, тут нужно «ручное управление» со стороны политического руководства обоих государств.

Вьетнам: первые успехи на непонятном рынке

Роль Вьетнама в торговле России выше места страны в мире по ВВП и почти соответствует ее месту по численности населения, причем это 12-й по значению поставщик товаров в Россию. В 2021 году российско-вьетнамский товарооборот достиг 7,1 млрд долларов, в том числе российский экспорт составил лишь 2,2 млрд, то есть в отличие от Индии у нашей страны сильно отрицательное сальдо в торговле с Вьетнамом (разрыв между экспортом и импортом более чем двукратный). Структура российского экспорта довольно нестандартная — например, свыше 8% российских поставок во Вьетнам приходится на мясную продукцию, более 2% — на зерно и еще 7% — на другие сельскохозяйственные и продовольственные товары. Удельный вес минерального топлива в российском экспорте во Вьетнам составил лишь 17%, зато доля удобрений — 6,8%, пластмасс — 1,7%, фармацевтической продукции — 1,4%. Почти четверть российского экспорта пришлась на черные металлы, 10% — на машинотехническую продукцию.

Из Вьетнама Россия завозит не столько традиционные текстильные товары и обувь или овощи и фрукты, другие продовольственные продукты тропического происхождения, на которые пришлось соответственно 20 и 12% импорта, сколько машины и оборудование (прежде всего электронику и электротехнику), удельный вес которых составил 60%.

В отличие от Индии инвестиционные контакты России и Вьетнама не прерывались в 1990-е годы благодаря деятельности компании «Зарубежнефть», которые в XXI веке дополнились встречными капиталовложениями Вьетнама в российский топливно-энергетический комплекс. Как и в случае с Индией, точные данные о взаимных накопленных прямых инвестициях официальная статистика не предоставляет, но счет идет на миллиарды долларов. Однако в целом круг инвесторов пока очень ограничен, причем пионеры заграничных капиталовложений далеко не всегда демонстрируют истории однозначного успеха — достаточно вспомнить уход «Вымпелкома» с вьетнамского рынка мобильной связи или сильную пробуксовку проектов вьетнамской TH Group в российской молочной индустрии. При этом надо с сожалением признать, что вьетнамское направление при подготовке кадров в современной России в принципе никогда и никем не относилось к приоритетным.

Полная версия этого материала доступна только подписчикам

Читать материалы из печатного выпуска журнала в полном объеме могут только те, кто оформил платную подписку на ONLINE-версию журнала.

Подписка за 0₽ в первый бесплатный месяц даёт доступ только к материалам выпусков, выходящих в течение этого месяца. Если вам нужен полный доступ к архиву, подписывайтесь на любой онлайн доступ от 390 рублей.

Все материалы номера за 180 ₽ Другие варианты подписки Я – подписчик

№22 (1254)

30 мая 2022 - 5 июня 2022

В номере: Тема недели

Главная новость

«Газпром» исполнил мечту акционеров

Коротко

Повестка дня

Разное

Пригласите меня на похороны евро

Русский бизнес

Экономика и финансы

Наука и технологии

Оспа обезьян: это еще не апокалипсис

Политика

Общество

Петр I: флот как предчувствие империи

Культура

Книги

Александр Мень в серии ЖЗЛ: священник-виртуоз

Индикаторы

Скрыть оглавление

1 апреля

Золотые клетки Персидского залива

Аравийские монархии со своими триллионами нефтедолларов и городами будущего еще месяц назад казались витринами успеха. Но за их фасадом оказалась спрятана фундаментальная несостоятельность в системе обеспечения собственной безопасности, которую они, как и европейцы, отдали на аутсорс американцам. Теперь оказалось, что политическая субъектность арабских элит ограничена куда жестче, чем им бы хотелось.

О том, готовы ли элиты Залива к самостоятельной игре, может ли регион вырваться из логики управляемого хаоса и какие рецепты предлагает Россия, мы поговорили с Андреем Баклановым — заместителем председателя Ассоциации российских дипломатов, профессором Высшей школы экономики, чрезвычайным и полномочным послом России в Саудовской Аравии (2000–2005).

00:00 Вступление
01.30 План США на Ближнем Востоке
11.00 Зависимость аравийских монархий от США
22.25 Чем плоха многополярная система
28.20 Могут ли США бросить Иран
32.30 Что может предложить Россия Ближнему Востоку
38.20 Переговоры России и США по арабскому миру
44.20 Как изменится Иран
52.00 Что думает арабская улица
59.00 Куда ушла принципиальность арабского мира

Текст:
Золотые клетки Персидского залива

Ведущий:
Петр Скоробогатый (@sowa_expert)
Роберт Устян

О выпуске

Cлушать на:

Разворот на Юг: партнеры и форматы

№22 (1254)

Золотые клетки Персидского залива

Читайте также

Еженедельный выпуск №14

Месяц подписки бесплатно

Читайте нас в

Telegram