Три страны хотят забрать назад у Евросоюза часть суверенитета

Письмо с этим «взрывным» предложением, подписанное лидерами трех далеко не последних членов Евросоюза, пришло, как сообщает издание Politico, в понедельник на этой неделе председателю Евросовета Антониу Коште, формально возглавляющему объединенную Европу. То есть, аккурат накануне европейского саммита, начинающего сегодня работать все в том же Брюсселе. 
Берлин, Рим и «бельгийский» Брюссель пришли к выводу, что евробюрократия слишком много на себя берет, и решили ограничить ее полномочия в такой важной сфере, как разработка и принятие новых законов.

По действующим сейчас общеевропейским законам Еврокомиссия разрабатывает и предлагает законы, которые затем обсуждаются и принимаются в Евросовете, куда входят главы государств и правительств всех членов Евросоюза, и в Европарламенте.

Может показаться, что предложение о создании «стоп-крана» излишне, потому что любой из вышеупомянутых европейских лидеров и так может проголосовать против принятия не устраивающего его законопроекта. Но все сложнее, чем кажется со стороны.

Дело в том, что при принятии решений в Евросоюзене не существует абсолютного вето, о котором так много говорят. Большая часть законов, в т. ч. и важных, в Европе принимается квалифицированным большинством. Для того, чтобы заблокировать проект закона, необходима целая коалиция, состоящая не менее чем из 4 европейских стран, в которых живет не менее трети (35%) всего населения Союза.

К тому же, при принятии решений в ЕС нередко используются так называемые «пакетные сделки». Речь идет о том, что члены ЕС зачастую вынуждены идти на компромисс и поддерживать не устраивающие их законопроекты для того, чтобы остальные взамен их уступки поддержали необходимые для них законы.

У Еврокомиссии имеется еще одна уловка, помогающая ей протаскивать не устраивающие отдельных членов ЕС законы. Это так называемые «делегированные акты», т.е. множество мелких технических регламентов, инструкций и стандартов отчетности, которые вставлены в уже одобренные рамочные законы и которые не проходят полноценного голосования в Евросовете. Причем, именно эти мелкие акты в основном и мешают работать мелкому и среднему бизнесу.

Никаких подробностей о том, как будет работать «стоп-кран», в письме Коште нет, но очевидно, что он существенно ограничивает полномочия ведомства УфдЛ, потому что, по идее, позволит вмешиваться и отменять новые законопроекты ЕК на финальном этапе, если в европейских столицах посчитают, что финансовые и административные расходы бизнеса от нового закона будут сильно превышать его пользу.

Причем, Мерц, Мелони и де Вевер подводят под бунт на корабле вполне благовидный и логичный предлог – главная цель «стоп-крана», утверждают они не в ущемлении полномочий «общеевропейского» Брюсселя, а в восстановлении конкурентоспособности европейской экономики. Здесь справедливости ради следует заметить, что «бунтари» немного хитрят: в потере конкурентоспособности европейской экономики они и, в первую очередь, Фридрих Мерц, виноваты не меньше Урсулы фон дер Ляйен и ее помощников из ЕК. Свое желание осадить зарвавшийся «общеевропейский» Брюссель они упаковали во вполне презентабельную обертку, написав: «Мы призываем к разработке пакетов мер для упрощения процедур, чтобы решительно продвинуться в ослаблении бюрократической волокиты в Европейском союзе…»

Мерц, Мелони и де Вевер также призывают ЕС «существенно ускорить планирование и принятие разрешений и одобрений», а также принять «правило приоритета», по которому можно будет на время приостанавливать действие отдельных ограничительных механизмов и процедур.

Для того, чтобы придать своему демаршу больше «справедливости», они также просят ЕК ослабить регуляционное давление на малые и средние предприятия.

«В более широком контексте наша главная цель заключается в предотвращении ненужного регуляционного давления,- говорится в письме к Антониу Коште. - Это давление ведет к дополнительным расходам и способно привести к необратимой потере промышленных мощностей, а также к дальнейшему снижению инвестиций и ослаблению конкурентоспособности».

К слову, первые признаки зарождающегося «бунта» появились полгода назад, на мартовском саммите ЕС, в повестке работы которого главным вопросом как раз и стояло повышение конкурентоспособности европейской промышленности. После него в Берлине, Риме и «бельгийском» Брюсселе заговорили о том, что Еврокомиссия слишком много на себя берет и не столько помогает, сколько вредит европейской экономике. За прошедшие с тех пор полгода «бунтарские» настроения сильно окрепли на негативной статистике об экономике ЕС, быстро приближающейся к пропасти благодаря, главным образом, очень дорогим энергоносителям и энергии, и привели к письму Коште, которое вполне можно считать брошенной перчаткой и вызовом Еврокомиссии на дуэль.

В дополнение можно вспомнить, что в XVII веке, когда королевства и княжества решили добиваться суверенитета от империи Габсбургов (Священной Римской империи германской нации), противостояние приняло форму кровопролитной 30-летней войны.