Стартовая мощность завода рассчитана на 10% рынка, занятого сегодня иностранными производителями
Сергей Матяш, инвестор проекта «Владимирский трактор»: «У нас будет много
разных моделей, от 70 до 260 лошадиных сил. Это компактная, удобная техника,
она подходит для всех видов полевых работ, для транспортных операций
в различных почвенно-климатических условиях»
Читайте Monocle.ru в
На Соборной площади Владимира вот уже 65 лет стоит 22-метровая стела, у основания которой с трех сторон сидят величественные бронзовые фигуры: зодчий, взирающий на древние белокаменные Успенский и Дмитриевский соборы; воин, устремленный взглядом к Золотым воротам, через которые владимирцы шли защищать родину в разные эпохи; и рабочий с моделью трактора на колене, обращенный в сторону бывшего Владимирского тракторного завода. Того самого легендарного завода, который начал работу в апреле 1945 года и к 1980-м вырос до промышленного гиганта, поставляющего тракторы по всему СССР и в 60 стран мира. В 1990-е годы завод, хоть и с трудом, пережил перестройку, а вот в 2000-е с очередными структурными изменениями не справился и в 2018 году был закрыт.
Жители Владимира молча горевали о завершении этого славного периода в истории города, ведь успех предприятия ковался усилиями нескольких поколений, и только бронзовый рабочий не отчаивался, ждал и смотрел в будущее с оптимизмом советского человека. И дождался. Когда монумент увидел предприниматель из Красноярска, владелец многопрофильных активов в сфере агробизнеса и председатель совета директоров ТД «Техноград» Сергей Матяш, размышлявший, стоит ли идти во Владимир с проектом производства тракторов, то его сомнения рассеялись: город, где трактор увековечили в памятнике, точно заинтересован в их производстве. А намерения у предпринимателя амбициозные: «приземлить» в России китайские тракторы с последующей глубокой локализацией — чтобы было что противопоставить практически тотальному импорту тракторов в среднем классе мощностей.
Полная версия этого материала доступна только подписчикам
Читать материалы из печатного выпуска журнала в полном объеме могут только те, кто оформил платную подписку на ONLINE-версию журнала.
Подписка за 0₽ в первый бесплатный месяц даёт доступ только к материалам выпусков, выходящих в течение этого месяца. Если вам нужен полный доступ к архиву, подписывайтесь на любой онлайн доступ от 390 рублей.
Вопреки устоявшимся представлениям войны редко начинаются только из-за нефти, территорий или геополитических расчетов. За размытыми формулировками глав государств нередко скрываются гораздо более глубокие убеждения, которые формируются десятилетиями, а иногда и веками. В случае США одна из таких сил, безусловно, религия. Речь идет не просто о личных взглядах отдельных политиков, а о специфической интеллектуальной традиции, возникшей в англосаксонском протестантском мире еще в XIX веке. Именно тогда в Европе и США развернулась ожесточенная борьба вокруг библейских смыслов.
Похоже, «ключ» к объяснению решения Дональда Трампа нанести удары по Ирану во многом лежит именно в этой плоскости, так как с точки зрения геополитической выгоды или национальных интересов действия Вашингтона не поддаются рациональному осмыслению.
В историю американской религиозной мысли мы погрузились вместе с Родионом Бельковичем, кандидатом юридических наук, научным руководителем Центра республиканских исследований и автором телеграм-канала «Сон Сципиона».
0.00 Вступление
02:56 Религиозные основания американской политики
10:46 Почему британцы были заинтересованы в создании Израиля?
18:22 Как христианский сионизм проник во внешнеполитическую доктрину США?
23:50 Почему в американском обществе падает поддержка Израиля?
31:21 Почему Трамп - последняя надежда Израиля?
44:16 Есть ли у MAGA будущее без Трампа?
51:48 Когда США стали задумываться о внешней экспансии?
01:00:34 Почему Трамп сопротивляется любым попыткам ограничить его власть?
01:11:03 Почему США заинтересованы в постоянных войнах?
01:18:42 Почему изоляционисты постоянно проигрывают в США?