В первой четверти XXI века мир стал свидетелем редкой по масштабу трансформации: промышленность снова оказалась главным полем геоэкономической конкуренции. Китайская Народная Республика за этот период сумела сделать то, что долгое время считалось невозможным: не просто нарастила выпуск высокотехнологичной продукции, но выстроила комплексные, глубокие, завершенные цепочки создания ценности в контуре национальной экономики. В отличие от традиционной логики глобализации, где каждая страна занимает один или два звена в распределенной производственной сети, китайская стратегия была ориентирована на то, чтобы собрать цепочку целиком — от сырья и материалов до компонентов, сборки, сервисов и инженерных центров. Такой подход все чаще называют идеологией комплеционизма — стремления контролировать не отдельные предприятия, а саму архитектуру производственного контура и каждое звено цепочек создания ценности высокотехнологичных продуктов.
Одним из ключевых инструментов этого курса стал институционально выстроенный трансфер технологий с помощью совместных предприятий с носителями технологий. Китай десятилетиями использовал модель, по которой иностранные компании получали доступ к рынку в обмен на локализацию компетенций (модель «рынок в обмен на технологии»), подготовку инженеров и технологов и развитие местных производственных команд.

