Двадцатого июля 1969 года, когда Нил Армстронг и Базз Олдрин посадили лунный модуль корабля в юго-западном районе Моря Спокойствия, на Земле, в их родных Штатах, вовсю шли митинги и демонстрации геев и лесбиянок после Стоунволлского восстания, ознаменовавшего начало массового движения за права секс-меньшинств. Штаты вырвали победу в лунной гонке и восстановили пошатнувшийся имидж в противостоянии с Советами, но многим американцам этот грандиозный успех оказался не так важен, как борьба за личные права. Спустя почти пятьдесят лет Илону Маску, открывшему новую эру в американской пилотируемой космонавтике, впору сетовать на схожие обстоятельства.

Афроамериканцы чернокожие выпускают пар раз в несколько лет. Громят улицы, грабят витрины, дерутся с копами. Триггером, как правило, выступает «жестокость» полицейских. Или простой блэкаут. Система терпит, вяло защищается, почти не наказывает, и вскоре погромы сходят на нет. Этакий чернокожий баг мультикультурализма, когда нужно спустить пену американского «плавильного котла» и продолжить варить 330 миллионов разноцветных людей в одной империи. Так повелось с первой половины XX века, когда еще почти рабам, но уже ветеранам Первой мировой войны приходилось сбиваться в группы для отражения белой агрессии. В одних штатах вплоть до 1960-х их вешали на судах Линча. В других афроамериканцам срывало крышу, и они шли мстить бывшим господам. Эти выступления жестко подавлялись армией и даже авиацией, «черные» трупы никто и не считал.

Но затем гениальный проповедник Мартин Лютер Кинг добавил чернокожим выступлениям политики, медийности и идеологии. Идея великой борьбы за права чернокожих была отдана либералам. Но и демократы, и республиканцы стремились расположить к себе «черные» территории, расплачиваясь за голоса пособиями и дотациями. СМИ, культура, кино, политический и бизнес-истеблишмент разогнали молох толерантности и создали зеркальную нормальность: одну для элиты, другую для плебса. В этом разрыве реальности и оказались афроамериканцы — не приезжие, а наследники рабов. Из всех меньшинств они первые получили от американского государства исключительные финансовые и институциональные условия для жизни. Многие ими воспользовались с умом, но многие оказались развращены дотациями, пособиями и кадровыми разнарядками. И чем меньше усилий им приходилось прикладывать для достижения успеха, тем громче в крови звучал зов униженных предков. А либеральный дискурс в медиа и культуре вместо борьбы за равноправие навязал чернокожим идею великого долга белого человека за столетия рабства. «Вы нам должны» — эта ценностная платформа сегодня лежит в основе и грабежей, и погромов, и боязни властей жестко пресекать расовые бунты, и ритуального коленопреклонения как полицейских, так и простых белых граждан. Кто виноват в бедах чернокожих? Конечно, «белый человек с системным расизмом» и лично президент Дональд Трамп, racist in chief, диктуют либеральные СМИ. Белые сегодня либо запуганы, либо сами верят, что «должны».