Финансисты очень быстро подсчитали, к чему это ведет: спонсором очередной военной авантюры США станет Европа, пожертвовав очередным куском своей промышленности. Главный немецкий индекс DAX потерял на прошлой неделе более 5%. А ведь это только начало большого ближневосточного конфликта.

Итак, в конце февраля армия Израиля при поддержке армии США атаковала Иран. Без выданных на то санкций ООН, разрешения от Конгресса США и прочих коллегиальных «защит от дурака», созданных человечеством за последний век. Более того, для начала военной агрессии против суверенного государства даже не потребовались «пробирки Пауэлла». Просто иранским ядерщикам якобы оставались буквально недели до сборки ядерной бомбы. Впрочем, и десятилетие назад, и даже двадцать лет назад израильские спецслужбы заявляли то же самое.

В общем, Ближний Восток вспыхнул как спичка. Массированные бомбардировки военных и ядерных объектов в Иране, веерные пуски ракет по военным базам США и Израиля во всем регионе в ответ. Атака на корабли и коммерческие танкеры. В результате начала сбоить бесперебойная работа Ормузского пролива — контролируемого Ираном узкого горлышка выхода из Персидского залива. Через Ормуз проходит каждая пятая тонна мировой нефти и нефтепродуктов и больше трети мирового экспорта.

Во многом сбои транзита нефти, СПГ и ГСМ через Ормуз — на совести финансистов, а не военных. Страховые компании, увидев вспыхнувший Ближний Восток, попросту отозвали страховки на проход через эту горловину. Впрочем, основания для этого были более чем веские. Главная спецслужба Ирана — Корпус стражей Исламской революции — даже объявляла о перекрытии пролива. Однако в условиях, когда флот Ирана практически полностью уничтожен, сделать это очень сложно. США, в свою очередь, начали предоставлять государственные страховки на проход по Ормузу и обещали сопровождать суда своим военным флотом. Это, кстати, важные примеры того, как решать подобные проблемы: российским нефтяникам де-факто начали блокировать проход по Балтике.

В общем, всю прошлую неделю судоходство по Ормузу было ограниченным, но трекеры судов свидетельствовали, что все же оно не встало полностью. И на это тоже есть несколько причин. Самая главная: экономика Ирана в условиях ожесточенных военных действий нуждается в притоке валюты. А для этого нужно экспортировать нефть. Единственный иранский терминал, выходящий напрямую в Аравийское море, — Джаск — может обрабатывать лишь 0,3 млн баррелей в сутки из 1,5 млн всего экспорта. Да и Китай, главный союзник Ирана, остро нуждается в бесперебойном нефтяном снабжении со всего Ближнего Востока. Оттуда в КНР поступает до 45% всего импорта. И руководство Китая всю прошлую неделю настоятельно рекомендовало иранским коллегам не перекрывать Ормуз, тем самым сильно ухудшая стратегическое положение Ирана.

Ведь единственный способ для Исламской республики устоять — это вызвать масштабный рост стоимости нефти и газа. Если бы накал удалось довести до уровня 1973 года и нефтяного эмбарго, переговорные позиции иранских властей сильно бы упрочились. К тому моменту инфляционный шторм разнесет в клочья мировую финансовую систему: начнет с Японии, потом переместится во Францию и в Бельгию, а там доберется и до Штатов.

Впрочем, даже текущие полумеры привели к тому, что нефть и газ начали стремительно дорожать. Но это следствие другого процесса. Многие операторы топливной инфраструктуры стали останавливать ее работу в условиях военных действий. Например, Израиль остановил добычу на своем газовом месторождении Левиафан, а компания QatarEnergy — крупнейший в мире поставщик СПГ — прекратила работу своих терминалов. На Катар и соседний Оман приходится 20% мирового производства СПГ, или 80 млн тонн в год. Катарцев понять можно: у СПГ есть прекрасное свойство — он не горит, но у него есть и отвратительное свойство — он испаряется, а отпарной газ полыхает прекрасно. Да так, что его даже не пытаются тушить, ждут, пока все выгорит. СПГ-терминалы Катара расположены очень близко к Ирану. Одна шальная ракета или БПЛА — и терминалов нет, они просто сгорят в синем пламени войны.

Был вынужден остановить добычу нефти и Иракский Курдистан — территория Ирака, граничащая с Ираном. Так мир лишился еще порядка 0,2 млн баррелей нефти в сутки. Возникли проблемы на нефтяной инфраструктуре в Саудовской Аравии, ОАЭ и Кувейте. Неприятно, но пока не критично. Те же российские нефтяники продемонстрировали в последние годы прекрасный пример: работа НПЗ и других энергетических объектов восстанавливается после атаки в течение нескольких недель.

Несмотря на очень жесткую (и жестокую) игру Штатов, Иран не ушел в нокаут; власть не посыпалась, вооруженные силы страны продолжают отвечать, народ не восстал. Для США и Израиля это стратегическое поражение, несмотря на головокружительные тактические успехи: убийство рахбара, руководителей армии и спецслужб, уничтожение ядерных объектов, пусковых установок и кораблей. Теперь, чтобы решить свои задачи по демонтажу выстроенной системы управления Ираном, США и Израилю требуется полноценная сухопутная операция. Но это требует огромных ресурсов, а кроме того, времени. А его ни у США, ни у Израиля нет. На первые будет давить нефтяная инфляция, на второй — иссякание воинских складов, постоянные атаки иранских ракет по крайне ограниченной территории страны и усталость от войны.