Загнанный в угол Трамп может быть опасен

Так, впервые за 94 года демократы смогли выиграть место сенатора от штата Канзас и получить от него два из четырех мест в палате представителей. Техас впервые за 38 лет выбрал сенатора-демократа. Кроме того, демократам удалось нанести республиканцам ряд поражений в «республиканских» Огайо, Джорджии, Южной Каролине, Айове, Неваде и Аляске.

В американской политической истории партии, контролирующей Белый дом и обе палаты Конгресса, редко удается удержать большинство на промежуточных выборах. В последний раз так сложились карты для Республиканской партии почти четверть века назад — в ходе выборов 2002 года, сразу после терактов 11 сентября.

Сегодня сплотить или напугать американцев не получилось, только разозлить. Республиканская партия потерпела ожидаемое и довольно болезненное поражение — правда, говорить о тотальном преимуществе демократов было бы преувеличением. При более детальном рассмотрении у «голубых» не все так радужно, а у «красных» не все так печально. И хотя победа демократических кандидатов в традиционно республиканских штатах преподносится как нечто экстраординарное, это далеко не так. Например Техас, имеющий имидж региона, где все ходят в ковбойских сапогах и шляпах и готовы линчевать демократов, на самом деле расколот в политическом отношении примерно пополам. Даже во время «красной волны» 2024 года республиканцы победили в этом штате с очень небольшим перевесом: Трамп получил там 56,2% голосов, сенатор-республиканец Тед Круз — 53,1%, а из 38 мест в палате представителей республиканцы получили только 25.

И сегодня, когда маятник симпатий американских избирателей качнулся в противоположную сторону, смены мнения около 10% колеблющихся избирателей Техаса хватило, чтобы представители Демпартии там отпраздновали викторию, а ведь перевес был не таким и большим.

У Демократической партии со времени проигрыша выборов 2024 года в Белый дом и Конгресс наблюдается кризис жанра. Вся их предвыборная программа на последних выборах была построена на критике Трампа, а если рассматривать предложения самих демократов, то они в конечном счете сводятся к формуле «отнять и поделить». В Демократической партии старое поколение политиков быстро уступает место молодым, зачастую мигрантам в первом поколении, которые пытаются превратить некогда респектабельный клуб миллионеров то ли в социалистическую, то ли в коммунистическую партию.

Дональд Трамп обещал улучшить экономическую ситуацию в стране и положить конец «бесконечным войнам», поставив интересы США на первое место. На практике все вышло наоборот

И перспектива превращения США в латиноамериканскую страну пугает многих избирателей значительно сильнее, чем высокие цены в магазинах и на заправках.

Итоги бурной деятельности Трампа

Во время избирательной кампании 2024 года Трамп обещал улучшить экономическую ситуацию в стране и положить конец «бесконечным войнам», поставив интересы США на первое место. На практике все вышло наоборот: сначала он напал на Венесуэлу, а затем увяз в войне с Ираном (которую, как многие считают, начал в интересах Израиля), что привело к росту цен на автомобильное топливо внутри США и к новому витку инфляции. Согласно последним исследованиям общественного мнения, две трети граждан США считают, что их экономическое положение за последние два года ухудшилось. А согласно опросу NBC News, проведенному на выходах из избирательных участков, 74% избирателей назвали войну с Ираном решающим или важным фактором при голосовании на выборах в Конгресс.

В свой второй президентский срок Трамп попытался реализовать ряд амбициозных задач, но каждую из них с треском провалил.

Главная проблема США хорошо известна: страна давно живет не по средствам. Госбюджету не хватает около двух триллионов долларов в год, и он покрывает дефицит за счет роста госдолга, который уже приближается к 41 трлн долларов, а стоимость его обслуживания превысила огромные военные расходы страны, ставя под сомнение способность правительства обслуживать его в долгосрочной перспективе. Трамп решил поправить экономическое положение за счет трех источников: сокращения госрасходов, торговых войн и банального силового захвата крупнейших мировых запасов нефти.

Для сокращения госрасходов был создан Департамент государственной эффективности (DOGE), руководство которым де-факто было поручено самому богатому человеку в мире Илону Маску. Однако DOGE не получил реальных полномочий ни по сокращению госаппарата, ни по урезанию госрасходов (этот вопрос находится в ведении Конгресса), и вместо обещанного сокращения расходов на 1‒2 трлн долларов отчитался о сэкономленных 165 млрд, из которых около 135 пришлось выплатить чиновникам в виде компенсации за увольнения. Обида Маска из-за того, что его оторвали от важных дел, заставив заниматься показухой, тогда вылилась в серьезный публичный конфликт с Трампом.

Идея Трампа начать тотальную торговую войну со всем миром не была совсем уж безумной. Торговый дефицит США приближался к триллиону долларов в год, но при этом у страны отношение внешней торговли к ВВП составляет всего 25%, в то время как средний показатель по миру — около 60%, что делало Соединенные Штаты менее чувствительными к последствиям торговых войн. Повышение пошлин на импорт должно было убить двух зайцев: пополнить американскую казну и подтолкнуть иностранных производителей к мысли о необходимости переносить производства в США.

Но вместо того, чтобы провести повышение пошлин через Конгресс (этот вопрос относится именно к его компетенции), Трамп начал вводить их президентскими указами и тут же ставить «на паузу», требуя переговоров и угрожая новым повышением пошлин. Ряд американских законов дает президенту право повышать пошлины в исключительных случаях, но Верховный суд счел, что в большинстве указов Трамп вышел за пределы своих полномочий, и отменил многие решения. Федеральному бюджету пришлось возвращать импортерам около 160 млрд долларов. В итоге вся эта история с пошлинами закончилась для США практически ничем с финансовой точки зрения и обернулась огромными политическими убытками лично для Трампа.

Внешние инициативы

К захвату крупнейших нефтяных месторождений мира в Венесуэле Трамп тоже подошел по-дилетантски. Он считал, что захват венесуэльского президента Николаса Мадуро и покладистость его бывших соратников — это достаточное условие для возвращения в эту страну американских нефтяных компаний. Однако руководители компаний объяснили главе Белого дома, что для модернизации нефтяной отрасли Венесуэлы нужно более сотни миллиардеров долларов и несколько лет работы. В условиях политической нестабильности (назовем так рейдерский захват страны) желающих рисковать своими деньгами не нашлось. А приказать частным компаниям начать качать венесуэльскую нефть Трамп не может.

С захватом иранских нефтяных месторождений все сразу пошло не по плану: хваленая американская армия оказалась не в состоянии победить Иран с помощью воздушных ударов высокоточным, но баснословно дорогим оружием, а начинать наземную операцию Трамп побоялся из-за вероятных высоких потерь и последующих внутриполитических потрясений.

При этом идеи захвата Венесуэлы и Ирана явно не были экспромтом. Давление на Мадуро с требованием его отставки и угрозами американского военного вторжения Трамп начал еще в свой первый президентский срок. Тогда же он отменил заключенное своим предшественником в Белом доме Бараком Обамой «ядерную сделку» с Ираном, сделав войну неизбежной.

Но в течение своего первого срока Трамп не хотел начинать войн, опасаясь возможной неудачи и проигрыша на выборах 2020 года. А уже в ходе президентской избирательной кампании 2024 года он обещал погасить госдолг (составлявший тогда 35 трлн долларов) за счет нефти. Однако тогда вся добываемая в США за год нефть стоила в десять раз дешевле, а около 80% ее цены составляла себестоимость добычи. Тогда все подумали, что Трамп не умеет считать, а оказалось, что он собрался гасить американские долги за счет чужой нефти.

Попытка США взять под свой контроль Гренландию тоже рухнула из-за нежелания Трампа провести наземную операцию по захвату острова. Хотя потери были бы минимальны, он не смог переступить через табу, запрещающее убивать равных себе людей, то есть европейцев.

Попытка сдерживать Китай, предпринятая Трампом еще в первый президентский срок и продолженная его преемником Джо Байденом, вылилась в попытку ужесточить торговые условия для китайских товаров. А когда Пекин (какая неожиданность!) начал использовать давно припасенное оружие в виде ограничения экспорта редкоземельных металлов (где он давно стал монополистом), Вашингтону пришлось резко умерить свой пыл. Лишним будет говорить, что никто в США заранее не озаботился развитием собственной отрасли по добыче и производству редкоземельных металлов.

Казалось бы, Белый дом споткнулся об элементарные вещи, о которых было известно заранее, и нужно было лишь проконсультироваться со специалистами. Но как раз советоваться со специалистами Трампу надоело, поскольку весь свой первый срок он их слушался и ничего не добился. По мнению высоколобых советников, ничего нельзя — ни захватить Венесуэлу или Иран, ни аннексировать Гренландию или Канаду, ни начать торговую войну со всем миром. И эти же мыслители насоветовали его предшественникам силой оружия строить демократию в Афганистане, Ираке и Ливии. В итоге были лишь зря потрачены сотни миллиардов долларов и безнадежно испорчен имидж страны.

На этот раз Трамп окружил себя безропотными исполнителями, которые уже не в теории, а на практике подтвердили ошибочность его планов.

И вишенкой на торте внешнеполитических провалов Белого дома стала его неспособность повлиять даже на главу киевского режима Владимира Зеленского, который перед выборами в Конгресс начал вновь откровенно работать на Демократическую партию, обвиняя Трампа в давлении и остановке военной помощи. Как после этого Вашингтон собирается выдвигать ультиматумы Тегерану, если на него плюют из собственной колонии в Киеве?

Однако сводить все действия президента США к популярной у оппонентов формуле TACO (Trump Always Chickens Out — «Трамп всегда отступает») было бы упрощением. Он отнюдь не глупый, целеустремленный и мужественный человек, что было доказано в ходе избирательной кампании 2024 года, когда политические противники пытались упрятать его в тюрьму, а затем застрелить. Однако приоритетом для Трампа всегда было сохранение личной власти и финансовое благополучие своей семьи, с чем он прекрасно справляется. За последние два года состояние Трампа выросло почти на три миллиарда долларов. Попутно глава Белого дома явно не против «замутить что-то великое» для страны, но его тяготят долгие совещания, он не любит днями сидеть над документами, читая нудные аналитические выкладки.

А вот когда его очередная «гениальная» идея наталкивается на ощутимые препятствия и начинает угрожать главной задаче (сохранению власти и финансового благополучия семьи), он тут же отказывается от нее, подтверждая формулу TACO. Еще перед президентскими выборами 2016 года Трамп ясно давал понять, что намерен улучшить отношения с Россией, но хорошо знающие его характер американские спецслужбы и Демпартия быстро состряпали фальшивое досье о российском влиянии. В итоге весь свой первый президентский срок Трамп вынужден был доказывать, что он не агент Кремля, постоянно вводя антироссийские санкции и поставляя американское оружие на Украину. Он всегда искренне считал, что восстановление отношений с Россией соответствует интересам США, но лично рисковать никогда не хотел.

Никто достоверно не знает, сколько раз Трамп блефовал и при этом получал желаемое. В конце концов, можно сказать, что блеф дважды приводил его на политический Олимп.

И в ходе последней избирательной кампании глава Белого дома пытался блефовать, убеждая избирателей в том, что их жизнь стала «лучшее и веселее», что он остановил бесчисленное количество войн и победил Иран. Однако на этот раз старый номер не прошел: согласно разным опросам общественного мнения, рейтинг одобрения работы президента США упал до 30‒37%. И большинство республиканских кандидатов на последних выборах старались избегать помощи Трампа, считая его токсичным.

В итоге Трамп оказался в очень интересном положении, когда ему нечего терять: промежуточные выборы проиграны, заигрывать с избирателями уже незачем. Он может начать поднимать ставки во внешней политике в надежде обеспечить себе более достойное место в учебнике истории.

Новый расклад сил

По итогам промежуточных выборов демократы получат более 260 мест (подсчет голосов еще продолжается) в палате представителей, где для большинства достаточно 218 голосов. А в сенате представители Демпартии должны занять 55 кресел, при том что для простого большинства достаточно 51 мандата.

Например, лидер демократического меньшинства в нынешней палате представителей Хаким Джеффрис уже анонсировал принятие новым составом палаты законопроектов, запрещающих ведение войны с Ираном и отменяющих введенные Трапом импортные пошлины.

Однако простое большинство не дает Демократической партии возможности для принятия законов без учета мнения президента, который обладает правом вето. Трамп вновь демонстрирует красную кепку, но вместо забытой надписи MAGA (Make America Great Again) на ней красуется слово Veto.

А для преодоления президентского вето на законопроект необходимо собрать две трети голосов в каждой палате Конгресса — 290 голосов в палате представителей и 67 в сенате. Можно предположить, что по ряду законопроектов демократы могут заручиться голосами республиканцев, недовольных Трампом, в нижней палате, но все же вероятность склонить на свою сторону 12 сенаторов-республиканцев сегодня представляется крайне низкой. Если только внутри Республиканской партии не созреет заговор против президента.

Вице-президент США Джей Ди Вэнс уже заявил, что война в Иране стала основной причиной поражения республиканцев на прошедших выборах. Таким образом, во-первых, вице-президент де-факто бросил Трампу вызов в борьбе за лидерство в Республиканской партии, а во-вторых, если часть сенаторов-республиканцев проголосует вместе с демократами за импичмент президенту, то главой государства как будто бы станет Вэнс.

Трамп согласился с мнением Вэнса относительно Ирана, но при этом заметил, что тот может и не участвовать в президентских выборах 2028 года, дав понять, что не готов уступать ни место лидера партии, ни тем более президентское кресло.

Глава Белого дома прекрасно знает, что демократическое большинство в Конгрессе в любом случае попытается нанести ему и его близким максимальный урон

Так себе перспективы и у третьей попытки объявить импичмент Трампу: если для ее утверждения в палате представителей достаточно простого большинства, то в сенате нужны те же 67 голосов.

Главным оружием демократов в их неустанной борьбе с Трампом должны стать следственные комиссии. Победители уже дали понять, что основное внимание будет уделено расследованию сделок, совершенных в интересах президента и членов его семьи. Кроме того, демократы хотят расправиться с основным спонсором Республиканской партии — Илоном Маском, который потратил на эту выборную кампанию около полумиллиарда долларов. Маску уже угрожают расследованием из-за ограничения скорости терминалов Starlink, используемых украинской армией для нанесения ударов дронами. Но и в этом случае у Белого дома есть противоядие: президент может помиловать всех участников расследований авансом, как это сделал Байден в отношении своих коллег и родных.

Можно предположить, что если не состоится импичмент, то ближайшие два года Белый дом и Конгресс проведут в вязкой борьбе, не будучи в силах одолеть друг друга, а жертвой может стать утверждение бюджета страны с новыми рекордами продолжительности шатдауна.

Кроме того, демократы намерены на федеральном и местном уровнях активно заняться регулированием кампаний, работающих в сфере искусственного интеллекта. Во-первых, они намерены поставить развитие ИИ под строгий административный контроль. А во-вторых, обещают исполнить наказ избирателей — затормозить повсеместную постройку дата-центров.

Многие граждане США недовольны ростом цен на электроэнергию и воду, которую в огромных масштабах потребляют дата-центры. Согласно опросу NBC и CNBC, более половины избирателей назвали проблему расширения ИИ-инфраструктуры ключевым или значимым фактором при голосовании. А около 40% новых дата-центров планировалось построить в республиканских штатах Техас, Джорджия и Огайо, где сенсационно победили демократы.

Новый губернатор Техаса демократ Джина Инохоса в ходе избирательной кампании пообещала ввести полный мораторий на строительство новых дата-центров до принятия местных, более жестких законов об их функционировании, и, согласно опросам, в этом ее поддерживало около 80% избирателей штата. А ведь еще недавно Маск бежал из зарегулированной и социально озабоченной демократической Калифорнии в свободный республиканский Техас. Теперь от произвола демократов гарантированно защищен только Марс.

На следующий день после объявления предварительных итогов голосования индекс S&P 500 рухнул на 4,4%, а Nasdaq Composite — на 5,5%, за день лишив инвесторов около трех триллионов долларов. Многие ожидают, что в ближайшее время лопнет ИИ-пузырь — и когда вместе с крахом фондового рынка бесследно исчезнут накопления и пенсии, а может быть, и работа, это станет неприятной новостью прежде всего для демократического электората.

Чем может заняться Трамп

Главный вопрос — как отреагирует президент США на переход парламента под контроль его врагов (называть их политическими противниками уже поздно). Первая версия состоит в том, что Трамп в соответствии с формулой TACO забьется в угол и постарается не злить демократов в надежде на пощаду. Но глава Белого дома прекрасно знает, что демократическое большинство в Конгрессе в любом случае попытается нанести ему и его близким максимальный урон. Если победой в 2016 году Трамп настолько разозлил демократов, что они готовы были посадить его в тюрьму, то оглушительной победой 2024 года он морально добил Демпартию. Напомним, что в ночь выборов 2016 и 2024 годов, после оглашения предварительных итогов голосования, кандидаты от Демократической партии Хилари Клинтон и Камала Харрис просто не нашли в себе сил выйти к своим сторонникам и журналистам.

Но если глава Белого дома все же добьется ощутимых успехов на внешнеполитическом фронте, это может изменить отношение американцев к нему в положительную сторону и усилит влияние Трампа в Республиканской партии — на выборах 2028 года его поддержка вновь может стать залогом победы. А контроль над партией Трампу необходим, чтобы гарантировать, что республиканцы в сенате не объединятся с демократами и не объявят ему импичмент.

Выбор для совершения внешнеполитического чуда у главы Белого дома невелик. Скорее это Иран, где он может надеяться превратить свое главное поражение в главную победу. Судя по публичным рассуждениям Трампа, он вновь намерен сделать ставку на воздушные удары, но на этот раз дать согласие на уничтожение всей гражданской инфраструктуры оппонента. В ответ Тегеран уже обещал бить по всем союзникам США не только на Ближнем Востоке, но и в Европе. Однако что-то подсказывает, что удары Ирана по Европе не слишком пугают Трампа, скорее напротив, даже отчасти соответствуют его политическим интересам, поскольку нынешние европейские лидеры откровенно противостояли ему по вопросу Гренландии и Украины.

Кроме того, Трамп явно рассчитывает выступить в роли миротворца в украинском конфликте. Поскольку очевидно, что Зеленский (который еще в 2019 году подвел Трампа под процедуру импичмента и сегодня намерен повторить свой подвиг) явно не намерен идти ни на какие компромиссы, Белому дому предстоит сделать какой-то нетривиальный ход, чтобы доказать, что его мнение еще что-то значит в современном мире.

Однако возникает резонный вопрос: почему Трамп, проваливший все свои прошлые проекты, в том числе войну против Ирана, не провалит ее и на этот раз? Ответ прост: президент США всегда действует спустя рукава, если он лично жизненно не заинтересован в успехе предприятия. Но если Трамп решит, что ему угрожает реальная опасность, как это было во время выборов 2024 года, когда решалось, куда он отправится — на второй срок в Белый дом или на первый срок в тюрьму, тогда он преображается и добивается нужного результата любой ценой.