Пандемия собрала еще бóльшую смертельную жатву, чем годом ранее, продолжился спад числа рождений, в результате естественная убыль населения составила 1,04 млн человек. Даже в самые тяжелые годы рыночной трансформации депопуляция не была столь интенсивной — предыдущий максимум естественной убыли фиксировался в 2000 году в размере 958,5 тыс. человек (см. график 1).

