Сергей Кудияров специальный корреспондент «Монокль» 28 апреля 2025, 06:00
Крупнейший угледобывающий регион России прошел пик добычи главного ресурса своих недр уже семь лет назад, но четкой программы преодоления моноотраслевой специализации у Кемеровской области по-прежнему нет
Общая площадь нарушенных земель в Кемеровской области только по официальным данным приближается к 100 тыс. га. Угольные карьеры и отвалы зачастую подступают
вплотную к жилью и дорогам. Регулярные взрывы в ходе вскрышных работ провоцируют землетрясения
Читайте Monocle.ru в
Российская угольная отрасль переживает непростые времена. Длительная, приближающаяся уже к двум годам фаза низкой конъюнктуры мировых рынков вкупе с санкционными ограничениями снижает потенциал экспортных поставок и угнетает маржинальность. По итогам 2024 года экспорт упал на 8%, до 196,2 млн тонн — это минимальный с 2017 года показатель. Добыча едва заметно выросла, но финансовое состояние углепрома резко ухудшилось: по данным Росстата, по итогам 2024 года прибыль угольных компаний уменьшилась почти на 70%, а убытки увеличились вдвое.
Два десятилетия локомотивом развития нашей угольной отрасли был экспорт. Поставки на внутренний рынок стагнировали, а почти весь прирост добычи отправлялся за рубеж. Экспорт угля из России с начала века до пика в 2021 году вырос в пять с половиной раз, страна прочно обосновалась на третьем месте крупнейших мировых экспортеров угля (после Индонезии и Австралии), что позволило довести объемы добычи твердого ископаемого до позднесоветского максимума (см. график 1). Однако последние три года экспорт сокращается: недружественные государства отказались от российских поставок, другие покупатели, опасающиеся стать объектом вторичных санкций, требуют снижения цен. А в прошлом году заметно просел спрос со стороны крупнейших потребителей угля, Китая и Индии: оба государства делают ставку на приоритетное развитие собственной угледобычи, а первый вдобавок демонстрирует торможение экономического роста. Дополнительно осложняют ситуацию логистические проблемы — не весь потенциально готовый к экспорту уголь удается вывести, сохраняется дефицит провозных мощностей Восточного полигона железных дорог по направлению к дальневосточным портам. В правительстве предсказывают снижение добычи угля до 440 млн тонн к 2025 году, что на 3,5 млн тонн меньше показателя 2024-го.
🤖 «Пока бизнес скорее тратит на ИИ, чем на нем зарабатывает»
Пока Google и Microsoft делают наши личные данные топливом для своих нейросетей — анализируя почту или делая скриншоты экрана каждые несколько секунд, — реальный сектор (финансы, медицина, промышленность) задыхается от обратной проблемы. Здесь строгие законы о защите персональных данных превращаются в непреодолимый барьер: обмениваться данными, чтобы учить свои модели на них, большей части банков и корпораций запрещено.
Однако выход есть — технология конфиденциальных вычислений, позволяющая анализировать данные, не раскрывая их. В России одним из пионеров этого подхода стала компания УБИК (теперь часть группы Arenadata), запустившая в прошлом году продукт Ubic Conclave для совместного анализа данных банков, телекомов и госструктур без передачи самих сведений.
⚡️ Петр Емельянов — директор по дата-стратегии и искусственному интеллекту группы Arenadata
Как работают конфиденциальные вычисления? Что дает ИИ бизнесу? Что за задачи решают ваши заказчики? Как будет проходить адаптация к ИИ?
🎙 О том, как именно конфиденциальные вычисления могут преобразить искусственный интеллект и где кроется экономика в анализе данных, Петр Емельянов рассказал в подкасте «Монокля».
0.54 что такое конфиденциальные данные и вычисления и зачем они нужны
5.50 что могут узнать банки о своих клиентах, если объединят свои данные (не объединяя их)?
7.50 как не запутаться в том, что показывают большие данные
12.35 стартапы на базе ИИ: почему у них нет конкуретных преимуществ
14.00 как работает Conclave
17.00 что хотят получить банки и компании с помощью конфиденциальных вычислений
21.00 как экосистема может больше зарабатывать за счет знания своего клиента
23.50 каким будет ИИ,обученный не на общедоступных, а на публичных данных
28.20 почему нам не нравится, когда наши данные обрабатывают
31.50 так приносит ли ИИ деньги или нет?