Примерно в конце января, после месячной паузы, инвесторы стали вновь получать от минфина Бельгии письма о том, что их индивидуальные заявления о разблокировке активов приняты к рассмотрению. За два дня номера присвоили 26 делам. Но в ответах появилась новая ремарка: регулятор пишет, что не сможет вынести решение до окончания административного спора в Государственном совете Бельгии.

Бельгийский Госсовет сейчас рассматривает иск инвестиционной компании с Бермудских островов о неправомерности действий главы казначейства, который подписывал все разрешения на разблокировку и отказы. Для российских инвесторов это, скорее, хорошая новость: по итогам разбирательства вынесенные постановления могут отменить, а значит, многие клиенты получат второй шанс. Более того, заявления принимают не так выборочно, как раньше. Если в прошлом году отбор был более строгим, то в январе допустили и новичков, и тех, кто подается не в первый раз, и инвесторов с другим списком активов.

Что предпринимают российские брокеры

В декабре 2025 года ряд российских брокеров впервые стали массово предлагать клиентам услуги по разблокировке или обмену активов, и об успехе такой операции они говорят с большой уверенностью. Однако любой шаг в этом направлении по-прежнему требует получения разрешений от американского Управления по контролю над иностранными активами (OFAC) и минфина Бельгии, и никаких гарантий здесь нет. Для обмена активами нужна вторая сторона, но мало кто из западных компаний готов работать с российскими структурами под санкциями.

Начавшееся в январе движение позволяет надеяться, что рано или поздно решение по замороженным активам вынесут. Иначе власти Бельгии просто не присваивали бы номера делам

Ранее ЦБ оценивал общий объем замороженных средств в 5,7 трлн рублей; но сейчас он не раскрывает информацию о том, сколько именно активов удалось разблокировать по индивидуальным заявкам. По нашим оценкам, сумма может достигать 50 млрд.

Прошлой осенью вновь пошли разговоры о том, что будет запущен обмен иностранных активов, купленных отечественными инвесторами и оставшихся в европейских депозитариях, на принадлежащие нерезидентам российские ценные бумаги и деньги, которые заморожены в России на счетах типа «С» (подробнее см. статью «Активы пока мерзнут», «Монокль» № 45 за 2025 год). Некоторые российские брокеры разослали клиентам письма с описанием возможной процедуры обмена. По идее, их задачей было собрать некий пул зарубежных активов своих клиентов и обменять его на такой же пул активов со счетов типа «С».

Но и тут заметных подвижек пока не видно. Причем профучастники оказались в еще более сложном положении, чем частные инвесторы. Второй стороне обмена, то есть держателям активов на счетах типа «С», до запуска процесса через правительственную комиссию нужно получить разрешение регулятора в той стране, где они базируются, а это или OFAC, или минфины стран ЕС. Кроме того, для подачи коллективной заявки требуется собрать пакет документов на всех участников, причем каждый такой пакет идентичен документам для индивидуальной заявки. Подобное требование увеличивает риски для всех клиентов из общей заявки: всего один человек, не прошедший проверку или подпавший под санкции уже во время процедуры, может поставить под угрозу всю процедуру обмена. И с чем большим числом инвесторов в заявке работает брокер, тем выше вероятность ошибки.

Решения по разблокировке носят в первую очередь политический характер. Например, волна отказов осенью 2025 года, скорее всего, была связана с дискуссиями в ЕС вокруг использования заблокированных российских активов

Так или иначе, в итоге все сводится к ожиданию ответа от зарубежных структур.

Что касается индивидуальных заявок, то до августа 2025 года минфин Бельгии выдавал лицензии на разблокировку активов. Затем — видимо, из-за споров о возможном репарационном кредите Украине — процесс остановился. Начавшееся в январе движение позволяет надеяться, что рано или поздно решение будет вынесено: иначе власти Бельгии просто не присваивали бы номера делам и тянули с началом рассмотрения. По нашим оценкам, по сравнению с 2025 годом число заявок точно не сократилось.

Портрет идеального кандидата

Кто же имеет больше шансов на разблокировку? Вероятность успеха повышают:

— европейский ВНЖ или паспорт ЕС. Вполне приемлемыми считаются ВНЖ Швейцарии, Монако и схожих юрисдикций;

— активы в неподсанкционном депозитарии. Приемлема и ситуация, когда инвестор перевел свои активы из депозитария под ограничениями. Так, заявки на разблокировку могут подавать держатели бумаг, купившие их с цепочкой хранения через НРД или через российских брокеров с прямыми счетами в Euroclear до июня 2022 года;

— определенная структура портфеля. Европейские власти предпочитают «стандартный» набор из акций, облигаций, ETF.

Около года назад у регуляторов появилось новое требование: инвестор должен участвовать в какой-либо коллективной заявке. Вскоре это условие стало ключевым, а затем превратилось в базовое для подачи индивидуальной заявки. Но, как упоминалось выше, само по себе участие в коллективном списке не дает никаких гарантий, поэтому наряду с этим инвесторам стоит обязательно подаваться индивидуально.

Другие комбинации уменьшают шанс на разблокировку, но это не значит, что без европейского паспорта двери полностью закрыты. Были кейсы, когда разрешения получали на российские паспорта без европейских документов или владельцы активов в подсанкционном месте хранения. И наоборот: порой отказы приходили по идеальным, на первый взгляд, кандидатам.

Стоит помнить, что решения западных регуляторов носят в первую очередь политический характер. Например, волна отказов осенью 2025 года, скорее всего, была связана с дискуссиями в ЕС вокруг использования заблокированных российских активов. Поэтому политическая конъюнктура остается основным риском.

Возможные шаги

Альтернативных путей разблокировки — без участия минфина Бельгии — не существует. Так что в текущих условиях индивидуальные заявки остаются наиболее удобным способом получить доступ к замороженным активам.

Многое сейчас зависит от разбирательств в бельгийском Госсовете: если инстанция аннулирует предыдущие решения, инвесторы смогут повторно обратиться за разблокировкой. Возможно, внимание органов власти и СМИ к этому кейсу позволит ускорить процедуру. В противном случае заявки уйдут в общую очередь, и пауза вновь затянется.

Но несмотря на это, я считаю, что 2026 год может стать более благополучным для российских инвесторов, чем 2025-й: они получили как минимум гарантию дальнейшего рассмотрения дела. И, что вселяет определенный оптимизм, бельгийский минфин продолжает коммуникацию. Ведомство продолжает считать себя уполномоченным по исполнению уже выданных лицензий и параллельно пытается разобраться в приходящих кейсах. Кроме того, к процессу подключились и другие структуры: недавно мы получили ответы по нашим заявкам на смену принимающей стороны. После получения разрешения клиент может перевести активы в европейские банки, однако банки в Швейцарии, Испании и других странах отказываются принимать ценные бумаги по лицензии. По этим вопросам минфин Бельгии отвечает на наши обращения. Но, каким бы ни был исход дела в Госсовете, фактические требования к документам, содержанию заявки и набору бумаг, которые необходимо собрать, скорее всего, не изменятся. А значит, инвесторы продолжат работать в текущей парадигме.