США попали в Иране в ловушку эскалации

После того, как операция «Раскаты грома», одна из самых мощных воздушных операций Вьетнамской войны, не принесла ожидаемых результатов, президент Линдон Джонсон пожаловался своему помощнику Биллу Мойерсу: «У меня ощущение полной беспомощности: я не могу ни бежать, ни спрятаться, ни остановить это». 36-му президенту США приписывают немало заявлений, ставших крылатыми фразами. В самом начале войны во Вьетнаме, например, он сказал своему советнику по национальной безопасности Макджорджу Банди: «Ввязаться в войну чертовски легко, а вот выйти из нее ужасно трудно».

В такую же ловушку, только в войне в Персидском заливе, которую в Белом доме назвали операцией «Эпическая ярость», через 60 лет угодил, похоже, президент Трамп. Проблем из-за войны с Ираном, считает OilPrice (ОР), сейчас у Дональда Трампа очень много. Если не самая главная, то, как минимум, самая приоритетная сейчас – блокада стражами исламской революции Ормузского пролива, по которому до нападения США и Израиля на Иран в последний день февраля проходило до 30% всей мировой нефти, перевозимой по морю, и 10% газа. Несмотря на уже ставшие привычными за 5 месяцев войны оптимистичные заявления Белого дома и Пентагона Ормуз сейчас фактически закрыт для судоходства. Кстати, ОР утверждает, ссылаясь на свои источники, что ряд советников Трампа считали угрозу перекрытия этого пролива иранцами в случае войны несерьезной. Цена барреля нефти, поднимавшаяся до 120 долларов, является ярким доказательством профнепригодности трамповских помощников и экспертов.

Между тем, обстановка на глобальном нефтяном рынке может еще больше ухудшиться со вступлением в войну союзников Тегерана, йеменских хуситов, которые объявили морскую блокаду Саудовской Аравии и угрожают перекрыть и Баб-эль-Мандебский пролив. Это еще одна очень важная для глобальной торговли, в том числе и энергоносителями, водная артерия, соединяющая Суэцкий канал и Красное море с Аденским заливом. По ней до войны проходило до 12% нефти и 8% сжиженного газа.

Для Дональда Трампа цены на нефть крайне важны как по экономическим, так и по политическим причинам, потому что, как уже давно подметили аналитики, рост цены барреля нефти на 10 долларов приводит к росту цены галлона бензина на американских автозаправках на 25-30 центов; а каждый лишний цент в цене бензина означает годовое снижение потребительских расходов более чем на 1 млрд долларов, что наносит большой вред американской экономике. Что же касается политической составляющей, то за последние 130 лет действующие президенты США со своей партией побеждали на выборах 11 раз из 11, когда два года перед выборами в Америке не было рецессии. При рецессии же переизбраться удалось лишь одному президенту из семи. Эта же статистика верна и для промежуточных выборов, до которых, кстати, осталось уже менее ста дней. Конечно, Трамп не сможет переизбираться в 2028 году, но едва ли он захочет превратиться в оставшиеся два года своего президентства в хромую утку.

Казалось бы, президент Трамп может решить проблемы при помощи пусть и ограниченной сухопутной операции, например, захвата острова Харк, главного нефтяного хаба Ирана. Однако как показывает опыт предыдущих подобных операций по всей планете, они крайне рискованны и в большинстве случаев заканчиваются провалом. Американцам есть, что вспомнить в этом отношении: Вьетнам, Афганистан, Ирак и т.д.

Конечно, иранцы, предвидели такой сценарий развития конфликта и хорошо к нему подготовились.

«Если враг попытается провести наземную операцию,- предупредил еще в начале апреля командующий иранской армией генерал Амир Хатами,- то он будет полностью, до последнего человека уничтожен».