Образование

Внутренняя вселенная вузовской науки

Сергей Ермак, Дмитрий Толмачев, Полина Юровских, Павел Кузнецов
20 апреля 2020, 00:00

Качество университетских исследований с каждым годом становится все выше. Однако заметных дивидендов экономике это пока не приносит

YAY/TASS

Читайте Monocle.ru в

Аналитический центр «Эксперт» завершил очередную волну исследования публикационной и изобретательской активности российских университетов. Благодаря четкости и абсолютной открытости методики за пять лет своего существования наши рейтинги вошли в число наиболее авторитетных и стали одним из эффективных инструментов бенчмаркинга научной продуктивности отечественных вузов (см. «Научная рефлексотерапия», стр. 79. — “Эксперт”).

Карта университетской науки

Востребованность российских изобретений зримо растет. Если в первой волне исследования, когда мы рассматривали патенты за 2012–2016 годы, доля коммерциализированных разработок достигала всего 1,7%, то сейчас — почти 5%. Одновременно в два с половиной раза выросла представленность наших патентов за рубежом

Единство противоположностей

В 2015 году, когда мы задумывали вузовский проект, наша гипотеза заключалась в том, что изобретения или полезные модели являются логическим продолжением фундаментальных исследований. Нам казалось, что тенденции, характерные для публикационной активности, с определенным лагом должны повторяться в сфере патентования. Однако этой весной мы отчетливо осознали: наши априорные суждения были ошибочными.

Количество университетов в рейтинге по предметам

В последние десять лет научные коллективы университетов «яростно писали статьи», по определению Руслана Барышева из Сибирского федерального университета. И если в 2010 году у отечественных авторов суммарно было 40 тыс. публикаций, то в 2019-м — уже 112 тыс. (среднегодовой рост — 15%). Да, мы видим, что в последнее время эта цифра стала расти менее активно: сказался переход участников проекта «5–100» от количества к качеству. Но на место грандов пришли небольшие региональные вузы, которые в существенной мере компенсировали убыль. С патентами ситуация иная. С 2010 по 2019 год российские организации в целом защищали по 30–36 тыс. изобретений и моделей (лучший результат был показан в 2018-м). И если в общем числе российских научных публикаций доля университетов с 2012 года выросла с 35 почти до 48% (остальное — отраслевые НИИ и компании), то с патентами все наоборот: было 17%, стало 4%.

Методика рейтинга изобретательской активности

Оценка изобретательской активности строится на анализе деятельности университетов в области патентования разработок. Анализируемые в рамках рейтинга показатели разделены на три блока: «Качество» (вес — по 30%), «Исходные условия» (вес — по 20%) и «Востребованность» (вес — 50%).

Блок «Исходные условия» в первую очередь оценивал число патентов, блок «Качество» — взаимодействие с научными организациями и популярность у других изобретателей. В блоке «Востребованность» прежде всего оценивался спрос на вузовские разработки со стороны компаний.

Химия (Chemistry)

Методика рейтинга публикационной активности (рейтинга факультетов)

Рейтинг строится на двух принципах. Первый принцип — это узкая специализация и глубокое погружение в проблематику. Мы концентрируем внимание на одном направлении — статьях, который опубликованы в журналах, индексируемых в международных базах. Второй принцип — объективность. Все наши расчеты основаны на открытых данных. При желании вузы обратным счетом могут верифицировать все использованные нами исходные показатели.

В рамках исследования анализируются статьи, опубликованные за предыдущие четыре года. В предметные рейтинги попадают вузы, чьи научные коллективы сумели опубликовать более 0,5% всех российских статей в той или иной области (например, для гуманитарных наук пороговое число — 60, для материаловедения — 385, для физики и астрономии — 632).

Используемые в рейтинге показатели разделены на три равнозначных блока: «Востребованность/качество», «Масштаб и устойчивость деятельности» и «Качество роста». Первый блок оценивает среднюю цитируемость, взвешенную цитируемость в той или иной предметной области, качество журналов. Второй блок показывает, насколько устойчивы текущие результаты, получены они за счет одного-двух или большой группы сильных исследователей. Третий блок учитывает особенности роста университетских систем, его задача — фиксировать и нейтрализовать не совсем чистые практики. Мы включили в него два показателя: «Качество цитирований» (рассчитывает долю самоцитат в общем объеме цитирований, при достижении порогового значения в 40% балл начинает серьезно снижаться) и «Концентрация статей» (оценивает, насколько широк круг журналов, где вуз представляет результаты исследований). Сильные результаты по данным индикаторам являются свидетельством того, что деятельность научных коллективов университета обширна и нужна не только им самим.

В 2020 году мы внесли в методику одно существенное изменение. Максимальный балл по тому или иному показателю получали университеты, входящие в 5% лучших. А относительная оценка других участников была привязана к результату не лидера, а вуза, следующего сразу за топ-5%. То есть, если мы ранжируем 100 университетов, 100 баллов получают первые шесть, и шестой является точкой отсчета для остальных. Такой подход позволил упразднить ситуации, при которых вуз, показавший выдающийся результат только по одному-двум показателям, опережал конкурентов, демонстрировавших хорошие цифры по всем параметрам. В прошлом году, например, Высшая школа экономики обогнала всех в непрофильной медицине только потому, что цитируемость одного из ее ученых была на порядок выше, чем всех остальных авторов.

В ходе подготовки рейтинга был составлен собственный перечень недобросовестных журналов. На данный момент в нем 56 наименований. В подобных изданиях в 2019 году опубликовано, например, более трети статей по экономике, более четверти — по менеджменту, 13% статей по социальным наукам и 8,5% — по гуманитарным.

Не только патент

Руслан Барышев

ПРЕСС-СЛУЖБА СФУ

Проректор по научной работе Сибирского федерального университета (СФУ, Красноярск) Руслан Барышев — о новой вузовской системе защиты авторских прав.

— Руслан Александрович, в конце 2019 года команда из 12 вузов во главе с СФУ завершила заказанную Минобрнауки работу по созданию IPUniversity — платформы обмена знаниями и управления авторскими правами. С какой целью она проектировалась? В чем ее отличие от традиционной модели регистрации патентов?

— Идея IPUniversity заключалась в том, чтобы с помощью цифровых технологий решить две большие задачи. Первая — помочь вузам защитить результаты интеллектуальной деятельности, не подпадающие под действие Гражданского кодекса. Речь идет, например, о препринтах, обучающих курсах, последовательностях нуклеотидов или, скажем, об архитектурных образах. Вторая задача состояла в создании среды для передачи прав на использование объектов авторского права.

Мы довольно долго выбирали технологию, на базе которой будет строиться IPUniversity. И в итоге остановились на блокчейн-стеке. Аналитика показала, что ничего лучше для фиксации и передачи прав на тот или иной объект мир пока не придумал.

Платформа не имеет дела с патентами. Однако в будущем она вполне может использоваться в качестве некой предзаявочной системы. Условно, вы рисуете что-то на салфетке, загружаете это в систему и таким образом закрепляете приоритет. И если затем идея дозревает до изобретения или полезной модели и при их регистрации возникает конфликтная ситуация, вы ссылаетесь на фотографию той самой салфетки. Но пока этот механизм не реализован. Хотя методическая работа в данном направлении ведется. Думаю, что к концу 2020 года мы ее закончим.

— О каких результатах можно говорить спустя четыре месяца после запуска системы?

— Сегодня доступ к платформе открыт для 47 вузов страны. В систему загружено более 15 тысяч цифровых объектов авторского права (подавляющее большинство — более 10 тысяч — препринты). Заключено 135 смарт-контрактов по передаче прав на использование результата интеллектуальной деятельности. Правда, пока без денег.

— Не могу не задать вопрос о последних рейтингах. По публикационной активности СФУ по-прежнему в когорте сильнейших университетов. Но вот в патентах вуз потерял. С чем связаны такие результаты?

— Сначала о фундаментальной науке. Здесь мы на протяжении нескольких лет делали акцент на два укрупненных направления. В рамках проекта «5–100» — на науки о Земле, биохимию и экологию, а в рамках создания в Красноярском крае НОЦ «Енисейская Сибирь» — на химическую инженерию, материаловедение, инжиниринг и металлургию. По всем этим предметным областям мы попали в топ-20 рейтинга.

Что касается патентного блока, для начала отмечу, что СФУ всегда был и остается вузом изобретательским. Но в какой-то момент мы поняли, что патент как таковой особой ценностью не обладает. Он ее приобретает только тогда, когда начинает работать. Поэтому в 2019 году мы провели чистку портфеля, отказавшись от защиты невостребованных изобретений.

Изобретатель по плану

Афанасий Винокуров

ПРЕСС-СЛУЖБА СВФУ

Внедрение планового подхода к результативности интеллектуальной деятельности позволяет вовлечь в изобретательскую активность даже гуманитариев, считает директор Центра интеллектуальной собственности Северо-Восточного федерального университета (СВФУ) Афанасий Винокуров:

— Вряд ли для кого-то это будет открытием, но за последние десять-пятнадцать лет вузы из образовательных в основном учреждений превратились в сильные научные центры. Они перехватили эстафету у отраслевых НИИ и начали играть роль генераторов новых технологий. Особенно сильно эта трансформации заметна в регионах Восточной Сибири и Дальнего Востока.

Так, в СВФУ за последние десять лет с нуля были созданы несколько мощных научных лабораторий. Им удалось разработать технологии, востребованные на глобальном рынке, сформировать коллаборации с крупными промышленными партнерами и ведущими университетами России. За последние два-три года число совместных патентов СВФУ заметно выросло.

В 2018 году мы внедрили плановый подход в области результативности интеллектуальной деятельности. Благодаря ему мы вовлекли в формирование нематериальных активов как технические, так и гуманитарные подразделения. Да, мы понимаем, что в сфере патентования у вторых возможностей не так уж и много. Но они обладают большим потенциалом создания иных объектов авторского права. И мы им в этом готовы помочь (согласно документу, например, Медицинский институт СВФУ в год должен оформлять 12 патентных заявок и получать восемь патентов, Институт естественных наук — шесть заявок и четыре патента, психологи должны регистрировать две базы данных или программы для ЭВМ, а филологи — пять. — “Эксперт”).

В прошлом году мы получили 25 патентов на изобретение и девять — на полезную модель. Среди первых, например, способы выявления мутаций гена GJB2, обусловливающих аутосомно-рецессивную глухоту, и ментальной анестезии для блокады нервов, новые способы отработки кимберлитовой трубки и глубоких горизонтов алмазодобывающих карьеров в условиях криолитозоны.

Одновременно мы приняли внутреннюю программу Центра по развитию зарубежного патентования. Согласно этой программе мы поддерживаем научные коллективы, чьи разработки могут быть востребованы на глобальном рынке. В прошлом году мы совместно с Гомельским университетом имени Франциска Скорины получили евразийский патент на адгезионную композицию медицинского назначения. В 2020-м — на резиновую смесь с повышенными прочностными свойствами и улучшенной стойкостью к старению.

Научная рефлексотерапия

Виктор Кокшаров

ПРЕСС-СЛУЖБА УРФУ

Рейтинги с открытой методологией позволяют университетам быстро обнаружить слабые места и действовать адресно, уверен ректор Уральского федерального университета (УрФУ) Виктор Кокшаров:

— Для нас действительно важно, что рейтинг публикационной активности АЦ «Эксперт» учитывает достижения университетов в конкретных (и достаточно узких) предметных областях. Ценности ему, на мой взгляд, добавляет понятная и полностью открытая методика. Благодаря этому вузы могут детально проанализировать результаты, понять, с чем связано изменение их позиции в той или иной предметной отрасли. Международные проекты вроде QS или Times Higher Education подобной возможности нам не дают. Они просто констатируют, что такой-то университет занял такое-то место.

По итогам 2019 года УрФУ представлен во всех 16 предметных областях. И это в очередной раз подтверждает, что наш университет является одним из самых многопрофильных вузов страны. Однако мы видим, что, к сожалению, далеко не во всех направлениях нам в прошлом году удалось достичь качественного роста. Улучшить свои позиции мы сумели только в четырех рейтингах, в семи остались на прежних, в пяти несколько сдали назад.

Хорошая новость в том, что мы стали одними из лидеров в области материаловедения и конкретно металлургии. Это важно, поскольку в создаваемом на базе УрФУ научно-образовательном центре мирового уровня именно новые материалы будут одной из двух ключевых сквозных компетенций. Второй станут новые производственные технологии.

В рейтинге изобретательской активности УрФУ поднялся с 16-го на 12-е место. Однако благодаря исследованию мы видим свои слабые стороны. В первую очередь нам надо поработать с количеством лицензий и проданных патентов. Открытая методика позволяет нам действовать адресно, а не пытаться улучшить все и сразу.

В целом хотел бы сказать, что оба рейтинга, безусловно, помогут нам сформировать свою позицию на предстоящей защите проектов ведущих российских университетов, претендующих на попадание в новую программу Russian academic excellence program, приходящей на смену «5–100».

Конец ознакомительного фрагмента

Чтобы дочитать этот материал Подпишитесь От 500 руб/месяц, первый месяц бесплатно Купите выпуск – 180 руб Онлайн + pdf. 29 статей. Экономика, политика, финансы, аналитика и многое другое. Войдите как подписчик

№17 (1160)

20 апреля 2020 - 26 апреля 2020

В номере: Тема недели

Главная новость

Бюджет поборется с циклом

Повестка дня

Разное

Вторая первая мировая

Русский бизнес

Экономика и финансы

Политика

Борис Гройс: «Коронавирус стал селебрити, которому завидуют»

Общество

За пять минут до начала

Культура

Специальное обозрение

Внутренняя вселенная вузовской науки

Индикаторы

Скрыть оглавление

10 мая

Суицидальный путь Израиля

Война США и Израиля против Ирана, а до этого операция израильтян в Газе вынудили вновь обратиться к идеологии сионизма как ключевому объяснению причин и целей политики израильского правительства. Для одних сионизм — это концепция защиты национальных интересов, для других — объяснение беспощадной стратегии Израиля, который готов уничтожить все живое ради «Земли обетованной». Как сионизм стал причиной новых бедствий еврейского народа. И почему Израиль не приемлет равенства и мирного сосуществования жителей своего государства? Наш гость — Яков Рабкин, заслуженный профессор истории Монреальского университета и один из самых уважаемых в мире исследователей сионизма.

0:00 Вступление
01:20 О росте антисемитизма в мире
05:07 Как Израиль использует антисемитизм?
06:02 Как зарождался сионизм?
12:34 Почему евреи изначально отвергали сионизм?
15:59 Почему Российская империя оказалась благоприятной почвой для сионизма?
21:50 В какой момент сионизм стал идеологией экспансионализма?
30:13 Спас ли сионизм евреев Ближнего Востока от истребления?
36:44 Почему выжившие после холокоста евреи не хотели ехать в Израиль?
39:56 Почему русскоязычные евреи Израиля столь радикальны?
43:01 Кто и как в Израиле сопротивляется сионизму?
46:25 Рабкин — полезный дурак антисемитов?
53:50 Почему сионизм — это суицидальный путь для Израиля?

Ведущий:
Роберт Устян

О выпуске

Cлушать на:

Внутренняя вселенная вузовской науки

Единство противоположностей

№17 (1160)

Суицидальный путь Израиля

Читайте также

Еженедельный выпуск №22

Месяц подписки бесплатно

Читайте нас в

Telegram