Даже флагманское Ловозерское месторождение, на котором работает одноименный ГОК, — единственное в нашей стране предприятие, добывающее руду редкоземельных металлов в промышленных объемах, — проигрывает по содержанию аналогам в Китае, США и Австралии. Минпромторг в рамках федерального проекта «Развитие отрасли редких и редкоземельных металлов» запустил компенсацию скидки в размере 15% покупателям редкоземельной продукции, чтобы производители могли «гарантированно конкурировать с зарубежными аналогами» и даже провел 19 марта соответствующий отбор среди предприятий. Однако Федоров в ходе конференции признал, что эта скидка разницу с китайской ценой не покрывает и ее придется увеличивать.

Отечественный рынок редких и редкоземельных металлов критически зависит от импорта. По большинству позиций доля внешних поставок остается подавляющей, а по некоторым достигает 100%. Основным постав щиком выступает Китай

Между тем отечественный рынок РМ и РЗМ продолжает критически зависеть от импорта. По большинству позиций — феррониобий, стронций металлический, диоксид циркония — доля внешних поставок остается подавляющей, а по некоторым достигает 100%. Основным поставщиком выступает Китай, рассказал на конференции руководитель исследовательской группы «Инфомайн» Игорь Петров. Около 70% импорта приходится на мишметалл, сплав смеси РЗМ, который используется при легировании сталей.

При этом внутренний спрос на редкие металлы практически не растет. Даже если отечественные предприятия начнут выпуск продукции, рынка для нее может не оказаться. Особенно показательна ситуация с литием: структура его потребления в России кардинально отличается от мировой — у нас он идет в основном на керамику, стекло и стройсмеси, а не на производство батарей. Поэтому, как отмечает Петров, проектам по добыче лития «особо спешить некуда»: российское сырье в обозримой перспективе может остаться невостребованным. В 2025 году заметным для российского рынка игроком на рынке РМ стала Иркутская нефтяная компания, которая произвела 200 тонн карбоната лития.

Еще одна системная проблема — экспорт редких металлов в составе концентратов обогащения руд цветных металлов. Ежегодно за границу в необработанном виде уходит до полутора тысяч тонн кадмия, сотни тонн висмута, десятки тонн индия, галлия, селена и теллура. Это означает прямую потерю добавленной стоимости: Россия продает сырье, вместо того чтобы развивать глубокую переработку внутри страны. «В 2025 году поставки медного концентрата за рубеж перевалили за историческую отметку в миллион тонн. В стране катастрофически не хватает мощностей по переработке меди, цинка и свинца», — посетовал Петров.

«Сам по себе ресурсный потенциал не гарантирует ничего. Поэтому надо думать и о том, как формировать собственное потребление. А пока мы катастрофически теряем внутренний рынок. У нас половина рынка титана занята импортным материалом, и нам некуда его девать», — заявил председатель Ассоциации РМ и РЗМ Руслан Димухамедов.

Компания «Скайград» готовится заключить контракт на создание производства по переработке монацитовых песков в Индии. А также ищет партнера в проект по переработке фосфогипса в ЮАР совместно с южноафриканской компанией по производству фосфорной кислоты Foskor Richards-Bay

Тем временем глобальная конкуренция сместилась с торговли сырьем к контролю над всей цепочкой РЗМ — от добычи до конечного изделия. Китай усилил контроль над экспортом РЗМ и магнитов и ограничил вывоз технологий и чувствительного оборудования; США, субсидируя отрасль, продолжают собирать собственный промышленный контур. «Именно замыкание технологических цепочек влияет сегодня на спрос и цены», — полагает Димухамедов.

«Продавать концентрат или производить разделенные, но не очищенные элементы нерентабельно. Единственный вариант нормальной рентабельности — создание бизнес-единиц, которые будут реализовывать проекты от руды до конечного продукта. Госполитика должна быть настроена именно на это», — согласен генеральный директор инжинирингового центра «Редкие земли» Михаил Дворкович.

Сегодня Китай контролирует 90% мирового рынка очищенного сырья, обладает полной технологической цепочкой и может влиять на цены и экспорт. Конкурировать с ним на мировом рынке сегодня невозможно, сошлись во мнении выступающие. Основным приоритетом является внутренний рынок.

С точки зрения обеспечения внутреннего потребления российскую редкоземельную промышленность мог бы спасти крупный завод электродвигателей широкой номенклатуры, полагает Юрий Соболь, соучредитель компании «Скайград», единственного в России предприятия, способного разделять концентрат и производить оксиды и другие соединения РЗМ. Он предложил не замахиваться сразу на двигатели для электромобилей, а сосредоточиться на моторах для лифтов и вентиляционных шахт. «При строительстве гостиниц, торговых центров и физкультурно-оздоровительных центров затраты на вентиляцию очень велики. А само производство электродвигателей не требует огромных инвестиций», — говорит Соболь.

А пока такого производства нет, «Скайград» задумался о вывозе своей технологии по разделению концентра РЗМ за рубеж. Как рассказал Юрий Соболь, компания готовится заключить контракт на создание производства по переработке монацитовых песков в Индии. А также ищет партнера в проект по переработке фосфогипса в ЮАР совместно с южноафриканской компанией по производству фосфорной кислоты Foskor Richards-Bay.