Российская авиация получила удар под дых: обвал перевозок поставил на грань краха авиакомпании, и в ближайшее время они вряд ли будут покупать новые самолеты, в том числе российского производства, которые мы после долгой стагнации в секторе гражданского авиастроения выводим или готовимся вывести на рынок. Тем не менее генеральный директор Национального исследовательского центра «Институт им. Н. Е. Жуковского» Андрей Дутов в сложившейся ситуации видит возможность для развития.

«Эксперт» поговорил с ним о том, какие приоритетные задачи стоят перед авиапромом, какова роль государства в развитии авиации, а

также зачем нам сверхзвуковой гражданский самолет и что на самом деле нужно потребителю.

— Андрей Владимирович, коронавирус все перевернул с ног на голову, смешал планы, задал новые векторы движения. Какие сигналы кризис дал авиационной отрасли?

— Тут надо сразу уточнить, какой из двух. Есть гражданская авиация — это отрасль транспорта, которая летает, возит пассажиров и грузы, выполняет авиационные работы. А есть авиационная промышленность — те, кто разрабатывает, производит и поддерживает авиационную технику. Наш центр объединяет именно институты промышленности. Но поскольку в числе наших функций прогнозирование и планирование перспектив развития, научно-исследовательские работы, исследования и разработки будущей авиационной техники и технологии, мы неизбежно должны залезать на чужую территорию — транспорт.

Гражданская авиация столкнулась с понятными вызовами: резко, в десятки раз, обвалились пассажирские перевозки. И это стало вопросом текущего выживания авиакомпаний, поскольку оказалось, что очень у многих из них запас прочности, мягко говоря, невелик. Но обе отрасли взаимосвязаны, и если транспортную слегка трясет, то авиапром не то что лихорадит, его обваливает. Даже замедление темпов роста перевозок приводит к значимому падению спроса на новые самолеты. А тут объемы перевозок упали в десятки раз. Сейчас они постепенно восстанавливаются, но об этом даже в глобальном масштабе, в таких организациях, как IATA, ICAO, говорят осторожно: может быть, через год, к середине 2021-го, можно будет ожидать хотя бы возвращения докризисных объемов перевозок (тем более что пока рано говорить и об окончательном решении проблемы коронавируса).

В такой ситуации новые воздушные суда, в общем-то, могут не понадобиться еще три–пять лет. С одной стороны, это и без того непростая ситуация для нашего авиапрома. Он и так занимает незначительную долю на рынке гражданской продукции и находится в тяжелом системном кризисе, в том числе из-за того, что производство не может быть рентабельным при малых объемах. С другой стороны, можно это рассматривать и как открывающиеся возможности: использовать вынужденный перерыв для того, чтобы как раз успеть сделать то, что не успевали.