Рано или поздно Кишинев и Брюссель могут решить, что настало время силой установить контроль над ПМР. Вспомним, как Азербайджан более четверти века выжидал удачного момента для возобновления войны за контроль над Карабахом. Тогда сошлись интересы Баку, мечтавшего о реванше за военное поражение начала 1990-х, и Анкары, желавшей расширить свое влияние на Кавказе. Турция обеспечила азербайджанскую армию современным оружием, «военными советниками» и даже живой силой в виде сирийских наемников. ЕС сегодня так же мечтает о расширении зоны своего контроля в Восточной Европе и способен подтолкнуть Молдавию к захвату Приднестровья, пообещав ей существенную военную поддержку.

Возможный военный конфликт с Россией из-за ПМР в сегодняшней логике европейских политических элит может быть выгоден Европе. Наиболее откровенно заинтересованность ЕС в продолжении войны выразил бывший председатель Мюнхенской международной конференции по вопросам безопасности Вольфганг Ишингер. Он сказал, что, пока идет война России и Украины, «Европа в безопасности». Следуя этой логике, если прекратится украинский конфликт, Европа почувствует «опасность» и начнет искать новый «щит» от «угрозы с востока».

План милитаризации

Молдавская армия — одна из наименее боеспособных армий мира: согласно рейтингу Global Firepower Index 2026, она занимает 136-е место из 145, разместившись между вооруженными силами Панамы и Сомали. Численность войск страны составляет всего 6000 контрактников и призывников, а около 2000 человек проходят регулярные военные сборы. Вооруженные силы даже не располагают боевыми самолетами (доставшиеся в наследство от СССР были проданы или списаны), есть только полтора десятка транспортных самолетов и вертолетов. В молдавской армии нет танков — лишь бронемашины советского производства и несколько десятков БТР, переданных Германией. Артиллерия насчитывает около ста стволов орудий и минометов.

Еще десять лет назад оборонный бюджет Молдавии составлял всего 28 млн долларов. На эти деньги можно купить один танк Abrams в самом дорогом оснащении. К 2025 году военные расходы страны выросли в четыре раза, до 114 млн долларов, или 0,6% от ВВП, но все равно составляют смехотворно малую сумму, особенно по сравнению со стремительным ростом мировых цен на вооружения и боеприпасы.

И даже этих денег нет в молдавской казне: доходы государственного бюджета на 2026 год запланированы в сумме 4,7 млрд долларов, а расходы — 6 млрд долларов. Дефицит, составляющий 6% ВВП, покрывается за счет займов и западных грантов. Госдолг Молдавии — 9,5 млрд долларов, его обслуживание обходится в 380 млн долларов в год, это более чем втрое превышает военный бюджет страны.

Казалось бы, в таких условиях невозможно увеличивать военные расходы, но Кишинев продолжает делать это, ведь ЕС за последние пять лет выделил Молдавии пакет военной помощи в 317 млн евро, из которых самый крупный транш в 120 млн (больше военного бюджета Молдавии) пришелся на 2026 год и был потрачен на средства ПВО. Очевидно, что в случае продолжения милитаризации страна может рассчитывать на новые пакеты европейской помощи.

В октябре прошлого года Молдавия утвердила военную стратегию на 2025‒2035 годы. Она предусматривает увеличение численности вооруженных сил на 30%. Военный бюджет на 2026 год вырос до 128 млн долларов, а к 2030 году расходы на оборону нарастят еще в полтора раза — до 1% ВВП. «Положения военной стратегии предусматривают сохранение смешанной системы комплектования вооруженных сил в мирное время — до 8500 военнослужащих, включая военнослужащих срочной службы и контрактников, а также 2000 гражданских сотрудников. Эти цифры не включают силы карабинеров МВД», — говорится в тексте стратегии.

Кроме того, план предусматривает перевооружение и переход на стандарты военной подготовки ЕС и НАТО, а также укрепление сотрудничества в военной сфере с Румынией, Украиной и Альянсом. Особое внимание будет уделено сокращению технологического и операционного разрыва со стандартами западных партнеров. «Это потребует приобретения современного оборудования, развития инфраструктуры и подготовки персонала к использованию передовых технологий», — сказано в документе.

Помимо интеграции с НАТО Кишинев в феврале этого года заявил, что актуализирует соглашение о военно-техническом сотрудничестве с Киевом, подписанное в 1993 году. В частности, Украина и Молдавия намерены усилить сотрудничество в области использования беспилотников. Впрочем, молдавские чиновники утверждают, что кооперация будет иметь исключительно гражданские цели. «Новая версия соглашения касается исключительно сотрудничества и обмена опытом в таких областях, как исследования, инновации, кибербезопасность, логистика и использование современных технологий в целях защиты критически важной инфраструктуры и улучшения госуслуг. Например, технологическое сотрудничество в области гражданского использования дронов может способствовать мониторингу сельскохозяйственных культур и оптимизации аграрных работ, улучшению контроля на границе, мониторингу дорожного движения или проверке линий электропередачи. Цель — разработка и производство этих технологий в Республике Молдова для наращивания местного потенциала и снижения импортных затрат. Соглашение включает четкие гарантии соблюдения конституционного нейтралитета Республики Молдова», — заявила председатель комиссии по внешней политике парламента Молдавии Дойна Герман.

Однако всем понятно, что сегодня Украина разрабатывает беспилотники исключительно военного назначения, а Молдавия намерена развивать совместное производство именно этой «сельскохозяйственной техники».

Ловкость рук

Провозглашенный курс на фактическую интеграцию в НАТО прямо противоречит 11-й статье конституции Молдавии, согласно которой республика «провозглашает свой постоянный нейтралитет». Кроме того, в ней существует прямой запрет «размещения на своей территории военных баз каких-либо государств».

Общественное мнение также против интеграции с НАТО. Согласно опросам, вхождение страны в Североатлантический альянс поддерживают не более трети граждан, а против выступают почти 60%.

Согласно данным компании IMAS, 29% жителей Молдавии считают, что стране необходимо проводить проевропейскую политику, а 12% выступают за пророссийскую. Большинство — 49% — одобряют взвешенный внешнеполитический курс, предполагающий поддержание отношений как с Россией, так и с европейскими странами.

Но прозападного президента Молдавии Майю Санду мало заботит конституция и мнение большинства граждан: она твердо решила тянуть страну на Запад. К слову, на прошедших в октябре 2024 президентских выборах и референдуме о вступлении в Евросоюз около 200 тыс. проживающих в России граждан Молдавии фактически лишились права голоса. В Москве было открыто только два избирательных участка, на которые выделили 10 тыс. бюллетеней, в то время как в Европе работали 229 избирательных участков, куда передали 840 тыс. комплектов бюллетеней.

В итоге только 45% граждан Молдавии, проживающих в стране, высказались за вступление в ЕС, а до «нужных» 50,35% «за» дотянули за счет трудовых мигрантов в ЕС.

Во втором туре президентских выборов Майя Санду набрала на 180 тыс. голосов больше, чем ее соперник Александр Стояногло, что примерно равняется числу граждан Молдавии, не сумевших проголосовать на территории России.

После выборов Санду занялась силовым давлением на неугодных ей молдавских политиков. Самым громким делом стали репрессии против руководителя Автономного территориального образования Гагаузии Евгении Гуцул. Ранее Санду публично выражала недовольство ее визитами в Москву, а в самой автономии всегда были сильны пророссийские настроения. Кроме того, Гуцул обещала, что Гагаузия объявит о своей независимости в случае вхождения Республики Молдова в состав Румынии.

В 2024 году ЕС ввел персональные санкции в отношении лидера Гагаузии за ее попытки «разрушить конституционный порядок» Молдавии и связи с беглым предпринимателем и политиком Иланом Шором и Россией. А спустя год молдавские власти реанимировали уголовное дело в отношении Гуцул 2022 года о якобы незаконном финансировании партии «Шор» (признана в 2023 неконституционной). Вот по этому делу она и была приговорена к семи годам тюрьмы.

Предпринимались также попытки осудить по разным обвинениям бывшего (с 2016 по 2020 год) президента Молдавии Игоря Додона, имеющего имидж пророссийского политика. Это стало сигналом всем местным предпринимателям и политикам: идти против воли ЕС опасно.

Сегодня уровень поддержки действующего президента Молдавии, по разным опросам, составляет от 30 до 35%, примерно совпадая с числом сторонников присоединения к НАТО. Санду не имеет права участвовать в выборах 2028 года, но будет удивительно, если Запад и местные сторонники интеграции с ЕС и НАТО допустят победу кандидата, выступающего за сохранение Молдавией нейтралитета.

Будущее Приднестровья

Приднестровская Молдавская Республика выглядит легкой военной добычей, поскольку, в отличие от Карабаха, уже давно не имеет связи с «большой землей», находясь в окружении Молдавии и Украины. Плачевное состояние молдавской армии ранее не давало Кишиневу возможности захватить эту маленькую территорию. Но ускоренное наращивание военной мощи может быстро изменить статус-кво. Тем более что силовики Приднестровья имеют на балансе вооружение в лучшем случае 80-х годов прошлого века.

Опыт войны на Украине показывает, что массовые пехотные или танковые атаки ушли в прошлое, а самые эффективные удары вглубь территории наносятся ракетами и дронами. Если ЕС действительно решит подтолкнуть Молдавию к захвату Приднестровья, он может снабдить молдавскую армию дальнобойным арсеналом и «военными советниками» (по примеру карабахской войны), которые будут дистанционно управлять этим оружием. Такого удара Приднестровье может не выдержать.

Но, принимая решение о нападении на ПМР, Кишинев прежде всего будет думать об ответной реакции Москвы. Россия лишена возможности быстро перебросить подкрепление союзнику по земле или по воздуху. Остается только возможность нанесения ракетных и дроновых ударов по молдавской территории. Явно не в интересах Кишинева ввязываться в воздушную войну с Россией, но, как мы помним, «концепция европейской безопасности», обнародованная Вольфгангом Ишингером, как раз приветствует такой вариант. Вопрос лишь в том, готова ли будет Санду (или ее преемник) пожертвовать интересами своей страны ради интересов Запада, как это сделал киевский лидер Владимир Зеленский.

Не стоит рассчитывать на то, что Россия полностью завязла на Украине и предпочтет не отреагировать на захват Приднестровья, как это произошло с Карабахом. Сегодня в Приднестровье проживает чуть менее полумиллиона человек, из них примерно половина имеет российское гражданство, а противостояние на Украине как раз упирается в вопрос способности России решать судьбу территорий, где живут русские.

Не стоит рассчитывать, что Россия завязла на Украине и предпочтет не реагировать на захват Приднестровья

Частично признанная (Абхазией и Южной Осетией) Приднестровская Молдавская Республика, расположенная на узкой полоске шириной в 15 километров вдоль левого берега реки Днестр, возникла в 1991 году в результате протеста русскоязычного населения против планов отделившейся от СССР Молдавии присоединиться к Румынии. Новые «демократические» власти в Кишиневе начали войну. И уже в июле 1992-го Россия официально задействовала расквартированную в Тирасполе 14-ю гвардейскую общевойсковую армию для защиты русскоязычного населения ПМР. Через три недели, после сокрушительного удара по наступающим молдавским силам, в Москве было подписано соглашение о прекращении огня. А 14-я армия превратилась в Оперативную группу российских войск в Приднестровье и российский миротворческий контингент.

За последующие 34 года Кишинев и Тирасполь так и не смогли, а скорее всего не захотели найти формулу объединения в одно государство. Нежелание России признавать независимость ПМР говорило о том, что Москва склонялась к восстановлению территориальной целостности Молдавии с признанием самых широких прав жителей региона и сохранением его автономии. Аналогичное решение предлагалось Киеву по Донбассу в рамках Минских соглашений. Реализация этих планов позволила бы гарантировать дальнейшее сохранение нейтралитета как Молдавии, так и Украины. Но в Приднестровье привыкли к своеобразной вольнице, дающей не только политические права, но и широкие экономические преференции «серой зоны» между Молдавией и Украиной. И даже когда у власти в Молдавии находился вполне договороспособный Игорь Додон, достичь соглашения об объединении так и не удалось.

После 2014 года (воссоединения Крыма с Россией и начала войны на Донбассе) ротация российского миротворческого контингента через территорию Украины стала невозможной, а Кишинев по-прежнему не собирался пропускать через свои земли российских солдат. Якобы были случаи, когда офицеры ВС РФ под видом туристов прилетали в Молдавию, а затем по автомобильным дорогам добирались до Тирасполя. Рядовой состав миротворцев стал комплектоваться за счет местных жителей, и сегодня их общая численность составляет полторы-две тысячи человек. При этом на территории региона остались огромные склады с советскими боеприпасами (около 20 тыс. тонн).

После 2022 года блокада Приднестровья со стороны Киева лишь ужесточилась, и ряд аналитиков не исключал возможности нападения на регион украинских сил с целью захвата старых арсеналов. Что остановило украинское руководство от этой акции, неизвестно. Может быть, необходимость формального перехода молдавской границы, а может быть, минирование складов — в таком случае игра не стоила бы свеч. Очевидно, что не была готова к такому развитию событий и Европа.

Однако сейчас растет риск, что именно в точке Приднестровья сойдутся интересы терпящего поражение Киева, истерящей Европы и милитаризующейся Молдавии, которую готовят к «светлому» европейскому будущему.