Экономическая политика Бум импортозамещения

Не пора ли подумать о протекционизме?

Евгения Обухова
редактор отдела экономика и финансы «Монокль»
18 марта 2024, 00:00

Протекционизма как системы защиты внутреннего рынка от импорта ради выращивания собственных производителей в России пока нет. А в Китае, Америке, Турции и других странах, с которыми мы конкурируем, — есть. Но в России уже сложилась довольно большая экономика, которая готова к принятию многочисленных точечных протекционистских решений

Иллюстрация ИГОРЬ ШАПОШНИКОВ

Читайте Monocle.ru в

«Неолиберализм закончился», ― констатирует Bloomberg. По данным Организации экономического сотрудничества и развития, в прошлом году торговля товарами в странах «большой двадцатки» в стоимостном выражении сократилась. Обратная сторона этого процесса — резкий рост разного рода протекционистских мер, и не только в странах G20, но и по всему миру (см. график). Экономисты Давосского форума переживают, что все больше стран развивают собственную промышленную политику и собственное производство.

При этом российская ставка на импортозамещение и технологический суверенитет, несмотря на все уже принятые меры, практически не опирается на протекционизм. Мы готовы поддерживать своих производителей ― но не защищать их на нашем внутреннем рынке. Более того, протекционизм как настоящая, серьезная защита внутреннего рынка от импорта с целью вырастить внутренние компании не декларируется на государственном уровне.

В специализированной экономической литературе под протекционизмом понимается в принципе любая поддержка внутреннего производства: так, в среде экономистов считается, что после курса на полное открытие рынка «идеологической реабилитацией» протекционизма в России стала Доктрина продовольственной безопасности, принятая в 2010 году, хотя эта доктрина была направленна именно на продовольственную безопасность и предусматривала лишь устойчивое развитие отечественного производства продовольствия и сырья, достаточное для обеспечения продовольственной независимости страны; ни о каком импортозамещении и тем более о защите внутреннего рынка речи тогда не шло.

Какого протекционизма мы хотим?

Мы задали предпринимателям из разных сфер вопрос, каких протекционистских мер им сейчас не хватает и как на их предприятиях отразилось бы введение таких мер.

Дмитрий Зырянов, г. Бирск, Башкирия (выпускает токарно-фрезерные станки с ЧПУ собственной разработки):

— Нельзя глобально применить протекционистские меры на все и сразу, это то же самое, как ручные часы молотком ремонтировать.

В общих чертах как бы я сделал на месте министерства промышленности. Сначала произвести тотальную перепись производимых промышленных товаров. И в зависимости от положения дел принимать разного уровня поддержку вплоть до дотаций!

Первое. Если мы производим данный товар Х на сто процентов тут, в России, то ни в коем случае нельзя закрывать импортных производителей. Без конкуренции не будет эволюции качества! И любое будущее вторжение на наш рынок этого товара просто погубит всю отрасль.

Второе. Если мы производим 50 процентов и завозим 50 процентов, подключать таможню, чтобы играть пошлинами и всегда держать производство этого товара тут, в России, выгоднее, чем за кордоном.

Третье. Если мы производим 10 процентов товаров и 90 процентов завозим, то пошлины уже нельзя задирать так как людям необходимо где-то этот товар покупать. То есть, повышая пошлины на товар, которого мы производим мало, ударит по нашим потребителям, а не стимулирует производство.

Я бы налоги убрал, кредиты — под ноль процентов, площадки под производство бесплатно выделял, довел производство до 50 процентов и дальше по второму пункту пускай живет, пока не уйдет в первый пункт.

Четвертое. Если мы производим ноль процентов, то, конечно, дотации и гранты, отмена всех налогов, выделение земли под строительство цехов для производства, поддержка со стороны чиновников на местном уровне. Хотя бы до тех пор, пока производство не уйдет на третий уровень.

Я единственный в России изготавливаю токарные автоматы с ЧПУ. Если завтра закроюсь, то в России будет ноль производств данных станков. На сегодня мне предоставили земельный участок в аренду, и все.

Денис Кривцов, генеральный директор машиностроительного завода «Тонар», г. Орехово-Зуево, Московская область (производит прицепную и полуприцепную технику):

— Считаю протекционистскую политику в прицепной отрасли достаточно эффективной в настоящее время. Жаль, что ее не было лет десять-пятнадцать назад.

От редакции: имеются в виду ввозные пошлины, которые ввели в 2018 году на б/у технику, до этого в Россию в огромном количестве ввозили европейские полуприцепы, которые по стандартам ЕС подлежали утилизации и продавались там практически за так, просто чтобы не платить за утилизацию. И здесь они демпинговали по цене, не давая развиваться нашим производителям. В 2022 году ввели пошлины и на новый импорт ― точнее, с января 2023 года утильсбор на новые полуприцепы был повышен более чем в шесть раз.

Михаил Ермошин, директор ООО «Корона», г. Павлово, Нижегородская область (выпускает садовую технику):

— Вопрос о протекционизме я начал себе задавать несколько лет назад: нужен ли он вообще России и отдельно моему предприятию? Если отвечать поверхностно, то ответ на этот вопрос двоякий, так как, с одной стороны, данная политика способствует развитию внутреннего производства, но с другой стороны, наоборот, тормозит его развитие. Вероятнее всего, правильный вариант — вводить временные протекционистские меры, например до тех пор, пока компания или отрасль не достигнет мирового уровня конкурентоспособности.

Про свое предприятие могу сказать, что оно работает по принципу контрактного производства и часть комплектующих мы закупаем в Китае. В момент старта нового проекта доля закупных комплектующих равняется 85‒90 процентам, это необходимо для более быстрого запуска продукта. Но по мере перехода к массовому выпуску товара эта доля снижается, и мы стараемся ее снизить до минимума, удавалось даже опустить долю импорта до 10 процентов. При такой схеме работы как раз подходит протекционистская мера поддержки в виде повышения ввозной таможенной пошлины для импортеров на этот товар.

Если более подробно, то компании или группе компаний, которые в совокупности могут произвести необходимую долю товара для российского рынка, например 50‒60 процентов от среднестатистического ежегодного потребления, предоставляется льгота на ввоз комплектующих, необходимых для производства товара, с нулевой таможенной ставкой, а для импортеров готового аналогичного товара, наоборот, вводится повышенная ставка. В результате будет происходить увеличение спроса на товар, производимый в России, развиваться производственный потенциал страны, создаваться новые рабочие места, и в итоге денежные средства будут оставаться в экосистеме российской экономики.

Но эти протекционистские меры нужно вводить, как я говорил выше, только временно.

Александр Семенов, президент АО «Активный компонент», Санкт-Петербург (производит активные фармацевтические ингредиенты):

― Необходимо отметить, что только оборот дженериковых лекарственных препаратов, произведенных в недружественных странах, на рынке России по итогам 2023 года составил более полутриллиона рублей. Особо подчеркну, что речь идет не об инновационных препаратах, а только об аналоговых, то есть выпускаемых сразу несколькими различными производителями. Это ощутимый финансовый поток, который в первую очередь работает на экономику других стран в ущерб РФ. С учетом этого факта считаем нужным ввести запрет на регистрацию иностранными производителями не локализованных по полному циклу на территории РФ новых дженериков при условии наличия двух и более российских производителей, осуществляющих выпуск по полному циклу лекарственных препаратов соответствующего МНН. Дополнительно предлагаем ввести существенное увеличение ввозных таможенных пошлин, например до 200 процентов, на данную категорию товаров. Принятие подобных мер очевидно способствовало бы стимулированию интереса производителей, в том числе иностранных, к локализации производства на территории России и заметно подстегнуло бы рост инвестиций в производство на территории страны.

Михаил Филатов, заместитель коммерческого директора ООО «Эра» по развитию и сопровождению продаж, г. Рязань (ГК «Эра» ― крупнейший в РФ производитель вентиляционного оборудования):

― Заградительных пошлин на импорт во многих секторах нет. Рынок РФ и российские производители не защищены от продукции иностранных компаний дружественных и недружественных стран. Например, мы производим на территории РФ свою продукцию под кодами ТН ВЭД 8414510000 вентиляторы бытовые / 8414592000 вентилятор осевые / 8414594000 вентиляторы центробежные. Ставка пошлины на импорт по этим кодам — ноль процентов. То есть вентилятор, произведенный в Китае, Испании, Италии, зайдет на рынок РФ со ставкой пошлины на импорт ноль процентов.

Вернемся к экспорту для компаний РФ. Например, экспортируя продукцию в Индию, мы получим ставку в 10 процентов, в Египет — 60 процентов, в страны Европы — три процента, в Иран — 55 процентов, примеров еще много. То есть идет защита рынка и собственных производителей, ведь для того, чтобы произвести эти изделия у нас, компании вкладывают силы и средства в инфраструктуру, создают рабочие места, осуществляют отчисления налогов и сборов в бюджет, делают большое дело для своей страны. Мы с 2012 года говорим про увеличение ставки пошлины на импорт готовой продукции с нуля до возможных пяти процентов (ограничение связанно рамками работы ВТО). Проведя свое исследование, основанное на анализе импорта готовой продукции в РФ по трем кодам, при условии установления ставки на импорт в пять процентов возможные доходы от такой меры в бюджете РФ могли бы составить за 2020 год 240 млн рублей, за 2021 год 358 млн рублей, за 2022-й — 299 млн руб. Это наши оценки, но суммы могут быть и больше, компаний и товаров, произведенных в РФ, на которые распространяется ставки пошлины на импорт ноль процентов, еще много, и, конечно, хочется видеть меры от нашего государства в поддержку российской продукции. Более того, президент Владимир Путин поручил правительству проанализировать принятые против России ограничения со стороны стран — участниц ВТО и представить предложения по актуализации стратегии участия страны в организации.

Суть пошлин на импорт — увеличение стоимости импортируемой продукции, что делает товары местных производителей более конкурентноспособными и привлекательными для местного потребителя. При этом в недружественных странах есть запрет на продукцию «Сделано в России», у нас нет запрета на продукцию из недружественных стран.

Постановление правительства РФ от 21 сентября 2023 года № 1538 «О ставках вывозных таможенных пошлин на товары, вывозимые из Российской Федерации за пределы таможенной территории Евразийского экономического союза» значительно ударило по экспортерам в столь сложное время. Суть постановления — установление динамических пошлин на продукцию, которую российские предприятия экспортируют за рубеж. Ставка пошлины зависит от курса доллара США к рублю и имеет значение от четырех до семи процентов от таможенной стоимости товара при среднем значении за период мониторинга курса доллара к рублю, устанавливаемого Центральным банком РФ. Мы поставляем свою продукцию в 60 стран мира. Динамические пошлины определяются по кодам ТН ВЭД, код ТН ВЭД имеет в себе большое количество таможенных наименований изделия. Таким образом, под данное постановление попал широкий круг товаров, в том числе воздуховоды, вентиляторы, решетки вентиляционные. Динамические пошлины сказались на стоимости нашего товара для наших зарубежных партнеров, что привело к жесткой конкуренции, отказу от некоторых товаров и, соответственно, к падению оборота экспорта. По нашим прогнозам, снижение оборота экспорта в 2024 году может достигнуть пяти-семи процентов.

Полная версия этого материала доступна только подписчикам

Читать материалы из печатного выпуска журнала в полном объеме могут только те, кто оформил платную подписку на ONLINE-версию журнала.

Подписка за 0₽ в первый бесплатный месяц даёт доступ только к материалам выпусков, выходящих в течение этого месяца. Если вам нужен полный доступ к архиву, подписывайтесь на любой онлайн доступ от 390 рублей.

Все материалы номера за 180 ₽ Другие варианты подписки Я – подписчик

Монокль №12 (1335)

18 марта 2024 - 24 марта 2024

Скачать pdf

В номере: Тема недели

Главная новость

«Тинькофф» и Росбанк: вместе, но не едины

Коротко

Повестка дня

Разное

Новый мир: дешевизна, простота и безответственность

Русский бизнес

Экономика и финансы

Политика

Культура

Индикаторы

Экономический рост охватывает все большее число регионов

Скрыть оглавление

14 марта

Муки кремниевого ослика

Эксперты обещают, что если ИИ-бум продолжится, то нас ожидает борьба за вычислительные мощности и политические дискуссии о том, кто должен держать «рубильник». Эта сфера перестает быть вопросом лишь энергетики и биржевых пузырей, теперь это очевидно геополитическая тема. Хватит ли у планеты ресурсов «прокормить» нейросети, уйдет ли ИИ в песок, как ветряки и панели, и главное, кто в конечном счете останется субъектом решений — человек или машина? Эти вопросы мы обсуждаем с независимым экспертом Максимом Худаловым.

0.00 Вступление
01:48 ИИ: пузырь или технологическая революция?
04:27 Какая практическая польза ИИ?
08:49 В какой момент ИИ "слепнет"?
15:28 Можно ли поймать ИИ, когда он врёт?
15:28 Иран и поздний СССР – что общего
25:24 Какие рабочие места ИИ "съест" в первую очередь?
37:56 Может ли ИИ быть использован для колонизации 2.0?
46:49 Хватит ли у планеты энергоресурсов, чтобы "прокормить" ИИ?
54:41 Когда лопнет финансовый ИИ-пузырь?
01:01:44 Что общего между "зелёным переходом" и ИИ?
01:13:24 Почему ИИ делает этот мир нечеловекомерным?

Текст:
Муки кремниевого ослика

Ведущие:
Петр Скоробогатый (ТГ-канал: @sowa_expert)
Роберт Устян

О выпуске

Cлушать на:

Не пора ли подумать о протекционизме?

Монокль №12 (1335)

Муки кремниевого ослика

Читайте также

Еженедельный выпуск №12

Месяц подписки бесплатно

Читайте нас в

Telegram