Глядя на лощеные и жизнерадостные лица американского президента Трампа, нового главы ФРС Кевина Уорша, министра финансов Скотта Бессента, ни один человек не должен заподозрить, что прямо сейчас ядро долларовой системы — американский госдолг — переживает худший кризис за последние полвека.

Что за катастрофа там происходит в реальности, мы поймем несколько позже, но пожар уже вовсю тушат. Сейчас мы видим лишь пожарные машины и «скорые», несущиеся на место происшествия. Синие маячки — интервенции минфина США на рынке государственного долга. Да, программа покупки облигаций на рынке стартовала в мае 2024 года. Тогда минфин США начал на регулярной основе выкупать на вторичном рынке старые выпуски облигаций, помогая первичным дилерам избавляться от «залежалых» бумаг и улучшая рыночную ликвидность.

Вот что это значит в переводе на потребительский язык: человек начинает гасить ипотеку, беря деньги с кредиток, то есть деньги на выкуп старых долгов берутся из новых займов по более высокой ставке. Нетрудно поставить диагноз финансовой грамотности американского минфина. Тем не менее он играет в эту игру уже третий год с целью снизить доходности по длинным облигациям за счет размещения вала коротких.

Первая проблема в том, что в последние годы длинные облигации практически не размещаются, тогда как количество «коротышек» стремительно растет. Ежегодно минфин США прогоняет через финансовый рынок гигантские объемы средств. За год минфин вынужден оборачивать на рынке до половины своего государственного долга.

Но именно сейчас количество покупок длинных бондов минфином резко выросло. Ведомство Бессента объявило об увеличении лимита на одну операцию по выкупу долгосрочных облигаций как минимум вдвое — с 20 до 40 млрд долларов.

Вторая проблема в том, что вмешательство в рынок госдолга — это мандат вообще не Минфина, а ФРС. Минфин в данном случае — это один из участников «базара», в нашем случае продавец. К его прилавку приходят покупатели — первичные дилеры, крупнейшие банки и инвестдома. А вот цену покупки определяет та самая «рука рынка», направляемая ФРС и ее ставками, зависящими от инфляции. Этот механизм исправно работал десятилетиями. Но теперь он начал сбоить. С 2023 года ФРС самоустранилась от проблемы кривой доходности, сосредоточившись на инфляции и занятости. Внимание ФРС сосредоточено там, где заполыхало, и регулятор пытается предотвратить разгон инфляции (тут, впрочем, все как у нас), оставив финансовое ведомство решать свои проблемы самостоятельно и прекратив практику включения печатного станка по первой прихоти Белого дома.

При этом американский минфин не знает, что такое экономия. Ведомство много десятилетий тратит больше, чем собирает налогов. А в последние годы дефицит еще и стремительно растет. Последний раз бюджет верстался с дефицитом меньше триллиона долларов в 2019 году. В итоге обязательства федерального правительства США в середине августа превысили 40 трлн долларов, или 125% от ВВП. Такой массивный долг тяжело обслуживать, а каждый процентный пункт дополнительной доходности по облигациям выливается в сотни миллиардов долларов, изъятых в виде налогов и переданных кредиторам.

А ведь сейчас рынок готов брать американские «десятилетки» по 4,7% годовых, «тридцатилетки» — по 5,3% годовых. Совокупные затраты на обслуживание долга превзошли все мыслимые пределы: в этом году на это придется потратить 1,2 трлн долларов, то есть каждый шестой доллар бюджета. Если переводить в доли ВВП, это означает, что 3,3% от американского ВВП изымается у одних (налогоплательщиков и будущих поколений) и передается другим (местным банкам и иностранным инвесторам), и это исторический максимум. Скажем больше: банкиры сегодня получают от минфина больше, чем Пентагон. И длится это издевательство над министерством войны уже не первый год.

В общем, прямо сейчас в США происходит нарушение основополагающего принципа финансового устройства американской (а значит, и мировой) финансовой системы: бюджет — одно ведомство, эмиссия и ставки — другое. Происходит крах системы «двух педалей» управления экономикой и финансами. Педаль остается только одна — газ. И предсказать последствия такой езды нетрудно: все закончится жесткой аварией, торможением о ближайший столб.

Однако вернемся к минфину и его интервенциям: они не только не имеют финансового смысла и грубо нарушают установленные правила — у них еще и отрицательная математическая вероятность успеха. Если вы берете из кошелька денег больше, чем кладете туда, то рано или поздно они там закончатся. И не важно, какими купюрами вы пытаетесь расплатиться — крупными или мелкими.