Статслужба также публикует ряды прироста текущего уровня промышленного производства относительно среднемесячного уровня 2023 года с элиминированием сезонного и календарного факторов. В апреле превышение достигло 9,4% и демонстрирует растущий тренд. В то же время независимый мониторинг промышленности от ЦМАКП и института «Центр развития» НИУ ВШЭ рисует существенно более тревожную картину происходящего в промышленности.

Своим диагнозом актуального состояния промышленного производства с «Моноклем» поделился Владимир Бессонов, начальник отдела анализа отраслей реального сектора и внешней торговли института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

— Какова ваша качественная оценка ситуации в российской промышленности с учетом анализа данных за апрель?

— По нашим оценкам, российское промышленное производство в последние месяцы демонстрирует признаки спада после периода стагнации, наблюдавшейся со второй половины 2024 года. На протяжении примерно полутора лет динамика индекса промышленного производства характеризовалась крайне низкими темпами роста (здесь и ниже речь идет о сезонно скорректированных показателях) и в основном поддерживалась производством продукции в интересах СВО. В последние месяцы баланс сместился в сторону спада.

Наблюдающиеся тенденции промышленного производства представляются совершенно естественными в свете проводимой экономической политики. В ситуации, когда были повышены налоги, остановился рост реальных доходов населения, произошло значительное укрепление рубля, а экономическая политика направлена на подавление инфляции в условиях военного конфликта, трудно ожидать чего-то существенно иного.

— Почему наблюдается рассогласование между вашими оценками и официальными цифрами Росстата?

— Официальные индексы до недавнего времени демонстрировали качественно ту же картину, хотя и на несколько более высоком уровне. В последние месяцы официальные сезонно скорректированные оценки в значительной мере утратили сопоставимость в связи с переходом в Росстате с начала 2026 года на использование при построении индексов новых весов без восстановления ретроспективы временных рядов.

— Какова «анатомия» спада? Какие отрасли тянут промышленность вниз?

— Как произошедшее в 2024 году резкое замедление динамики промышленного производства, так и начавшийся спад обусловлены в первую очередь ситуацией в обрабатывающих производствах. В добыче полезных ископаемых со второй половины 2025 года наметилось восстановление, которое с начала 2026-го сменилось стабилизацией. Обеспечение электрической энергией, газом и паром, как и водоснабжение, водоотведение и тому подобное, лишь реагируют на экономическую конъюнктуру и погодные аномалии, но не определяют тенденции производства в других видах деятельности. Ситуация здесь в целом стабильна.

— Что происходит в обрабатывающих отраслях?

— С начала 2026 года текущие тенденции производства продукции многих видов деятельности претерпели изменения. Тенденции спада (с поправкой на сезонность) в последние месяцы наблюдаются в обработке древесины и производстве изделий из дерева, производстве кокса и нефтепродуктов (в апреле снижение здесь особенно резко ускорилось), резиновых изделий, прочей неметаллической минеральной продукции, металлургическом производстве (в нем с начала 2026 года спад существенно ускорился), электрического оборудования, железнодорожных локомотивов и подвижного состава, в ремонте и монтаже машин и оборудования. Продолжение подъема в последние месяцы заметно в производстве лекарственных средств и в какой-то мере мебели. В остальных видах деятельности объемы производства в целом стабильны с поправкой на сезонность.

— В добывающих отраслях ситуация более позитивна?

— Динамика добычи полезных ископаемых в значительной мере определяется добычей нефти. По нашим косвенным оценкам, тенденция к длительному медленному сокращению добычи нефти с середины 2025 года сменилась оживлением, приостановившимся с начала текущего года. Добыча угля в первом приближении стабильна вблизи исторического максимума. Добыча природного газа и газового конденсата с октября 2025 года несколько выросла. Добыча и обогащение железных руд с начала 2026-го снижается, тогда как добыча руд цветных металлов демонстрирует оживление.