«Крупная развязка железных и автомобильных дорог», — парирует логист. «Крупнейший потребитель электроэнергии», — добавит электроэнергетик; «важнейший налогоплательщик», — скажет местный чиновник; «главный работодатель», — ответит житель близлежащего города.
За искрящимися заголовками «Начало СВО», «Атака на Иран», «Блокировка Ормуза» в тиши обыденной рутины протекают действительно важные вещи. Прямо сейчас в предынфарктном состоянии находится крупнейшая и важнейшая отрасль Европы — ее химический кластер, объединяющий сотни заводов, разбросанных по разным странам. Многочисленные крупнотоннажные и среднетоннажные химические предприятия связаны между собой в единую сеть инфраструктуры, логистики, поставок, контрактов. Эти фабрики возводились десятилетиями и выглядят как гигантский конструктор, состоящий из множества элементов: продукт одной компании часто становится сырьем для соседа.
Например, в хлорном кластере Роттердама закрытие завода Tronox и предприятия Westlake Corporation по производству эпоксидных смол привело к падению спроса на хлор, производимый компанией Nobian. Но если Nobian закроет свою установку, соседним фабрикам оставшимся в живых, придется импортировать хлор, что увеличит их расходы и усугубит кризис.

