Понятно, что ВВП с тем же успехом можно померить и «в попугаях» и получить абстрактное число, а потом сделать из этого далекоидущие выводы. Однако есть важное «но»: золото все-таки несет в себе функцию сбережения, выступая неким абсолютом материального мира. Золото — монетарный знаменатель к огромной массе числителей: курсу доллара, экспорту, импорту, размеру экономик и прочим сложным, но переменчивым факторам. Иначе говоря, у финансовых активов есть свойство «пузыриться», создавая не реальную, а иллюзорную стоимость (например, SpaceX) или «виртуальный» ВВП от сферы услуг (особенно финансовых). Тогда как золото — физический актив, приколоченный к реальности вопреки бренности мира. Все потому, что его не напечатать на принтере, ему не пририсовать нулей в Excel.
Отсюда следует, что золото не подвержено инфляции, в отличие от фиатных валют. Поэтому желание измерить реальную стоимость чего-либо в унциях всегда есть и будет. Да и график Лина Олдена — американского макроэкономиста, инвестиционного стратега и писателя — очень интересен. Он прекрасно отражает пики американской экономики в период ее реального величия.
На графике можно выделить три волны доминирования американского ВВП над унциями: накануне Великой депрессии; перед ближневосточными кризисами 1970-х — во время, когда США сняли все бенефиты от Второй мировой; и в начале 2000-х годов, когда распад СССР привел к мощному рывку экономики Штатов. То есть пики максимального ВВП, измеренного в золоте, совпадают с пиками политического и экономического доминирования Штатов. Этот несложный индикатор прекрасно ловит моменты расцвета, когда жизнь среднего американца действительно становилась лучше.

