Очередной саммит «Группы семи» в французском Эвиане был посвящен одной цели — продемонстрировать единство входящих в нее стран, невзирая на растущие противоречия между участниками. В результате как заявления, сделанные в ходе саммита, так и многочисленные декларации, подписанные по его итогам, были облачены в максимально обтекаемые формулировки, позволяющие всем странам остаться при своих, зачастую противоположных мнениях.
История отношений США с Европой и примкнувшей к ней Канадой за последние полтора года стали сущим кошмаром для европейских политических элит. Сначала новая администрация США заявила, что Европа идет неверной дорогой: неограниченный прием мигрантов, зеленая энергетика и репрессии против правых политиков вызвали резкую отповедь из Вашингтона. Затем президент США Дональд Трамп потерял всякий интерес к поддержке Украины, переложив расходы на европейцев. Кроме того, глава Белого дома ожидал от европейских союзников более активного участия в сдерживании Китая, а не дождавшись, поставил под сомнение необходимость сохранения НАТО. Затем Европа оказалась в шаге от войны с США из-за Гренландии. И наконец, отказ европейских стран участвовать в войне с Ираном окончательно испортил отношения, и США начали сокращать свое военное присутствие в Европе. А глава Пентагона Пит Хегсет прямо заявляет, что Европа должна стать военной державой и не должна быть зависимой от Соединенных Штатов, поскольку об этом мечтали Уинстон Черчилль, Шарль де Голль и Конрад Аденауэр. Наверняка большинство этих имен Хегсет впервые увидел в собственной речи, написанной его спичрайтерами, но месседж понятен: теперь каждый платит сам за себя. Еще весной стало известно о приостановке ротации бронетанковой бригады в Польше и отказе от размещения в Германии подразделения с ракетами Tomahawk. И практически во время проведения саммита газета Washington Post сообщила, что США примерно на треть сократят в Европе количество своих истребителей, а также разведывательных беспилотников и военных кораблей.

