Купить
В околовоенной аналитике применительно к СВО все чаще звучит термин «инфраструктурная война». С его помощью пытаются найти определение нового этапа украинской кампании, когда стороны, признавая ограниченные возможности в рамках сухопутных операций, пытаются оказать друг на друга давление, прибегнув к поражению логистической или экономически значимой инфраструктуры.
Украинская сторона прямо говорит о «принуждении России к миру» с помощью дистанционных атак, признавая свою полную несостоятельность на поле боя. Удары по морским портам и объектам прокачки углеводородов должны снизить доходы бюджета, поражение торговых складов и НПЗ — вызвать недовольство малого бизнеса и городского среднего класса, террор приграничных территорий — привести к оттоку и гневу местного населения, а беспилотники на трассах обрубают военную логистику и разрушают мирный быт в новых регионах и в Крыму. К этому стоит добавить террористические акты биодронов и диверсантов против армейских и гражданских чинов, что призвано посеять страх и сомнение в способности государства обеспечить защиту. Такова логика Киева, логика камикадзе, который знает, что ответ противника будет сильнее и разрушительнее, но все равно продолжает раскручивать спираль эскалации.
На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии
– журнал для тех, кто знает, но хочет понимать
Пожар на рынке трежерис: крах «двухпедальной» системы
Свежая генеральская кровь
Логика инфраструктурной войны
Бумеранг украинской эскалации
«У России есть очевидное эскалационное преимущество»
Резервный генератор будет «думать» по-русски
Стены не греют
Разжать пружину автомобильного спроса
Каспийские перевозки бумируют
Мы — здесь
Гонка ИИ: русский контур
Космос. Вторая четверть XXI века